— Им суждено теперь лежать здесь в забвении… — судя по голосу, Макс был на грани слез.
— Нет, не в забвении, — Ольга подошла к нему сзади и осторожно положила руку на плечо. — Мы помним о них. И мы знаем, где они похоронены. Если нам будет суждено возвращаться той же дорогой, мы обязательно придем сюда.
— Возвращаться? — он обернулся к девушке и устало взглянул ей в глаза. — Думаешь, нам придется возвращаться?
— Не знаю, это все, что я могу сказать…
— Оглянись назад, — Максим простер руку в направлении, откуда они пришли, — там ничего не осталось. Только смерть и запустение.
— Ну, может…
— Не может. Нет там позади больше ничего, к чему стоило бы вернуться. И никого, кто мог бы ждать нашего возвращения. Нам теперь остается идти вперед, хотя я и в этом уже смысла не вижу… Нас осталось только трое…
— Двое, — Егор подошел и вмешался в разговор. — Я ухожу.
— Что? — Ольга резко обернулась к нему. — Но почему?
— Я шел, потому что на моей ответственности был маленький ребенок, девочка, которая, как и я, выжила, единственная из всей нашей деревни. Теперь ее больше нет, и мне не за кого больше отвечать…
— Но как ты можешь сейчас уйти? Ты ведь останешься один…
— Знаю. Значит, так мне и суждено было — остаться одному. К тому же я не совсем один, у меня есть ружье… Пойду, куда глаза глядят. Кто знает, может, нам еще суждено встретиться…
— В этом мире или в каком-то другом?
— Именно так. Быть может, в лучшем из миров. В-общем, не поминайте лихом. Прощайте.
Подхватив из машины свой дорожный рюкзак и повесив на другое плечо ружье, Егор двинулся вперед, совсем еще молодой парень, невероятно быстро повзрослевший за последние дни, и его сутулая фигура вскоре растаяла в подступивших сумерках. Ольга взглянула на Макса: в ее глазах стояли слезы.
— Скажи мне, что он передумает и вернется.
Вместо ответа Максим свистом подозвал к себе собаку. Крис подбежал к хозяину и уселся на задние лапы, внимательно глядя ему в глаза. Макс наклонился и почесал его за ухом.
— Крис, иди за Егором. За Егором, — он даже слегка подтолкнул его в направлении, куда ушел парень. — Ты его знаешь, ты сможешь его догнать. Иди с ним.
Щенок тявкнул, не отрывая своих не по годам умных щенячьих глаз от хозяина.
— Иди, Крис, — он в последний раз потрепал собаку за ухом. — Догони Егора и будь все время с ним.
Собака гавкнула, отвернулась и, ни разу больше не оглянувшись, вскоре скрылась в темноте, побежав в направлении, в котором ушел Егор. В этом мире им с Максом больше не суждено было встретиться.
Макс повернулся к своей спутнице:
— Ну вот мы и остались вдвоем. Какие предложения?
— А какие могут быть предложения? Мы остались вдвоем, только ты и я. Значит, будем продолжать путь вдвоем… А там, как говорили в Одессе, будем посмотреть…
— Может, для начала хотя бы попробуем выспаться?
Они вернулись в машину, опустив с обеих сторон стекла, пуская в салон автомобиля вечернюю прохладу. Ольга до предела опустила спинку пассажирского сиденья и попыталась заснуть. Но засыпая, она еще долго видела в темноте мерцающий огонек сигареты Максима, который сидел на месте водителя и курил, о чем-то глубоко задумавшись. Потом ее веки смежил сон.
Ей снился красивый летний луг. Повсюду на лугу росли полевые цветы. Она подбегала то к одному, то к другому, стремясь сорвать хоть один. Но стоило ей протянуть руку, как цветок стремительно увядал. И еще где-то вдали, на границе слуха до нее доносился шум водопада или чего-то другого, что могло издавать такой шум. Постепенно солнечный свет вдруг начинал тускнеть. Ольга поднимала вверх глаза, стремясь увидеть причину этого, и ее рот открывался, но она не могла издать ни звука, хотя было желание зайтись в безумном крике. Огромная, до неба, волна шла прямо на нее, закрывая собой свет солнца. Все исчезало под этой волной. Сам мир, казалось, исчезает и позади остается только вода. В конце концов, Ольге удалось закричать, и она вдруг резко вынырнула из сна и огляделась вокруг.
Вокруг по-прежнему царило лето. Стрекотали в траве по обочинам дороги цикады. Солнце ярко светило сверху. Рядом с ней спокойно спал Максим, зажав губами к счастью не прикуренную сигарету. Прошлой ночью он, видимо, достал очередную сигарету из пачки, но провалился в сон, не успев ее прикурить.