Ужасно то, что я не могу даже пожаловаться на Мелвина его родителям. Меня просто не поймут. В этой семье я новый и незнакомый для всех человек, как и они для меня. Конечно, миссис Форисберг скорее поверит своему сыну, нежели мне. Я решаю, во чтобы то ни стало поговорить с парнем и объяснить, что не собираюсь занимать его место в семье, претендовать, и уж тем более, отбирать любовь его родителей. Я сама не знаю, чего хочу. Целеустремленная, идущая с высоко поднятой головой по жизни Элла, умерла. А ее место заняла новая. Она просто плывет по течению без ориентиров, целей и понимания, как жить дальше.
Глава 7
— Это бывшая гостевая комната, можешь обустроить ее по своему вкусу, - Оливер открывает передо мной дверь, пропуская вперед. - Мы с Кэтрин надеемся, что тебе здесь понравится.
Я даже не обращаю внимание на то, что это помещение разительно отличается от столовой и прихожей, хотя бы тем, что оно исполнено в зеленых тонах, оттенка весенней травы. «Под цвет твоих глаз», - как сказала бы моя мама… Не обращаю внимание на ноющую боль в колене, все-таки ударилась я сильно. Все мое внимание приковано к тумбочке в углу. А точнее, к до боли знакомому стеклянному коробу, который занимает всю ее поверхность.
— Сильван! С ума сойти!
Бросаюсь к террариуму, слезы брызжут из глаз. Но это слезы радости и облегчения, потому что мой мохнатый питомец жив и, кажется, пребывает в добром здравии.
— Забрал твоего дружка в тот же день, когда ты попросила, - Оливер стоит в дверях, прислонившись бедром к косяку, руки в карманах брюк. – Еле выходил этого чудика, но как видишь, все обошлось, эти пауки очень живучи. А вот Кэтрин напрочь отказалась с ним возиться.
Умом я понимаю, все-таки арахнофобия достаточно распространенное явление. У большинства людей существует предубеждение на счет пауков, тем более таких крупных и мохнатых. Но многие не в курсе, птицееды не ядовиты и не опасны для человека. А Сильван сам по себе очень спокойный паук. Я и Кит много раз брали его в руки, и ни единого укуса.
Не знаю, как благодарить Оливера, очень благодарна ему. Ведь мой восьмилапый питомец - единственное напоминание о моей прошлой жизни. Док, будто продолжая мою мысль аккуратно интересуется:
— Если хочешь, можем вместе съездить…ТУДА, вдруг ты решишь еще что-нибудь забрать?
Я выставляю руки вперед и мотаю головой, не хочу даже думать об этом. Пока психологически не готова встретиться с прошлым.
Оливер по своему обыкновению, щелкает пальцами и разворачивается на пятках.
— Пойдем, я покажу тебе весь дом.
Экскурсия проходит успешно. Дом Форисбергов достаточно большой, Оливер не без гордости показывает мне комнату Мелвина сплошь заставленную футбольными кубками и наградами, хозяйскую спальню, еще пару гостевых, комнату с домашним кинотеатром, где за просмотром фильмов принято проводить вечера и уикэнды всей семьей.
— А здесь мой кабинет и небольшая библиотека.
Обоняние различает едва уловимый запах кофе и лакового дерева. В кабинете царит атмосфера полного уединения и спокойствия. На счет библиотеки Оливер сильно приуменьшил, она была очень большой. Дубовые стеллажи, заставленные книгами от пола до потолка, пачки документов, аккуратными стопками разложенные на столе, напольные часы, на манер старинных, всевозможные статуэтки – здесь чувствовался вкус и мужской характер, эта комната нравилась мне больше всех в доме.
Рассматривая корешки книг, я убеждаюсь, что литература здесь в основном по психологии и психиатрии. Надо будет попросить Оливера что-нибудь почитать на досуге, если он не против. Не уверена, что мне это нужно, но я просто не представляю, чем еще можно себя здесь занять.
На стене рядом с рабочим столом висит несколько дипломов. Глаза бегло скользят по золоченым рамкам, в которых так же красуются почетные грамоты и благодарности от лечебных учреждений.
— Ого! Ты закончил курсы гипноза и можешь вести частную практику? - разглядываю неприметный диплом гипнотерапевта международного класса.
— В психотерапии, как и в психиатрии люди с таким дипломом обычное явление. – Оливер вдруг тушуется или ему неловко отвечать на этот вопрос, не пойму.