Я понимаю, что пора. Одновременно с Оливером выходим из машины, и с первым сделанным вдохом в мои легкие врывается чистейший свежий воздух, щедро сдобренный оттенками хвои и сладостью лесных цветов.
Человек в униформе – мужчина военной выправки с непроницаемым лицом сначала внимательно изучает мои документы, затем разрешает пройти за огражденную территорию.
Прощание с Оливером выходит сухим и скомканным. До сих пор не уверена в правильности своего решения. Раньше я даже в мыслях не допускала вариант с обучением военному делу, но ситуация с Мелвином перевернула все с ног на голову. Не сегодня, завтра он бы добился своего. К слову, после случая с тем видео я его больше не видела. Тем же вечером начались спешные сборы в академию, а утром я покинула дом Форисбергов, попрощавшись только с Кэтрин.
Зато сейчас я качу свой чемодан по дороге, усыпанной мелким гравием, и с интересом разглядываю место, в котором оказалась сразу же, после пересечения блокпоста. Это что-то вроде деревеньки – однотипные одноэтажные дома с черепичной крышей по обе стороны от дороги, но ни транспорта, ни людей не видно. Под серой завесой облаков пробиваются редкие лучи солнца, в небе носятся силуэты крикливых птиц.
— Это и есть территория академии? – уточняю у мужчины в форме, который сопровождает меня.
— Нет. Это поселение. Здесь живет персонал.
Коротко и ясно. Что ж, буду знать.
Мы проходим еще метров сто, свернув к скале, тем самым оказавшись у ее подножия. Свинцовые глыбы нависают над землей, отбрасывая тень на прогретую солнцем почву. Здесь особенно чувствуется запах стылого камня и сухих трав. Задираю голову вверх, высота огромная, но я по-прежнему не вижу и намека на академический корпус. Зато прямо перед нами оказывается большая стеклянная кабина на мощных металлических тросах, уходящих в самую высь.
«Лифт!», - мысленно восклицаю я.
Предположение оказывается верным, мой сопровождающий подносит электронный ключ к считывающему устройству, и дверцы кабины разъезжаются в стороны, приглашая нас внутрь.
Ничего подобного в жизни я еще не видела. Лифт-подъемник в действительности очень просторный внутри, здесь с легкостью поместилась бы целая компания. Стены из прозрачного стекла, из него же пол и потолок. Но проблема в том, что я ужасно боюсь высоты. Возникшее чувство паники усиливается, когда двери лифта захлопываются и он начинает медленно ползти вверх. Ощущение, что я лишена опоры и могу в любой момент рухнуть с высоты. Меня начинает подташнивать и подкашиваются коленки, отказываясь держать. Поэтому присаживаюсь на одно из мягких сидений, которыми оборудована кабина. Даже роскошный вид, открывшийся на долину и поселение, домики которого с высоты похожи на кукольные — меня не прельщает. Холодные капли пота скатываются по спине с каждым набранным метром в высоту. Отрезвляет ощущение боли, когда я вижу перед собой разодранную и саднящую правую ладонь. Дурная привычка за все это время никуда не делась.
Наконец прозрачная кабина останавливается, но мои мучения только начинают набирать обороты. Мы с моим сопровождающим выходим из лифта и попадаем на открытую площадку. Сильный порыв ветра ударяет в лицо, разбрасывая по нему выбившиеся пряди волос. Высота здесь такая, что складывается ощущение, будто я стою на крыше многоэтажного дома. Чего я раньше, конечно, никогда не делала.
Пройдя еще несколько метров вдоль скалы, проходим каменную арку, которая выводит во внутреннюю сторону ущелья. Скрытое от людского глаза стеклянное сооружение, словно ласточкино гнездо, нависает над пропастью, примыкая к скале. Несмотря на боязнь высоты, ахаю и замираю в нерешительности идти дальше. Выглядит академия внушительно, как будто материализовалась из кадра популярного мистического фильма. От академии до противоположной стороны ущелья протянут хлипкий навесной мост – вот уж где не хотела бы оказаться. Глядя на него, в голову лезут навязчивые мысли о возможных несчастных случаях и их количествах, произошедших здесь.
— Вам сюда, - мужчина в униформе, который так мне и не представился, указывает на широкие двери стеклянного здания, и пока я медленно продвигаюсь в нужном направлении, страшась посмотреть вниз, он исчезает из моего поля зрения, как будто его и не было.