— Как видишь со мной все в порядке, - обрываю я девушку. – Просто задержалась в спортзале, потом зашла в душевую.
Кора еще какое-то время задумчиво рассматривает меня, затем берет со стеллажа толстую книгу и запрыгивает с ней на кровать, ничего больше не говоря.
Наверное, я все же переборщила и мой тон был не слишком приветлив. Поэтому, решаю исправить ситуацию, все-таки с Корой мне предстоит жить еще какое-то время на одной территории. Да и одиночкам, как я поняла здесь приходится туго.
— Не обижайся на меня, просто сегодня я испытала чудовищный стресс. – И ведь ни разу не солгала. – Мне нужно время, чтобы привыкнуть.
Краем глаза отмечаю, что Кора откладывает книгу в сторону и скрещивает руки на груди. Видимо дав понять своим видом, что готова слушать меня. Поэтому я продолжаю:
— Да еще и такая нагрузка! Я за год не занималась столько спортом, сколько пришлось тренироваться сегодня. Здесь как в армии. – Наконец-то открываю свой чемодан, чтобы извлечь из него любимую пижаму.
— Не сравнивай, здесь хуже, - прищелкивает языком Кора.
—Ты категорична. Может расскажешь о себе? Как ты здесь оказалась?
— Так же, как и все, - безразличным тоном заявляет девушка. - Сначала нас заманивают сладкой морковкой, обещая лучшую жизнь, а потом… - Кора ударяет себя ладонью по ноге отчего раздается резкий хлопок. — Ловушка захлопывается. Раз и навсегда.
Мы опять молчим. Я тяжело вздыхаю, вот и поговорили. Продолжаю доставать из чемодана милые сердцу вещи и расставлять их рядом со своим спальным местом: статуэтку костяного слона Оливер привез из Индии, когда ездил на одну из научных конференций по психосоматике; музыкальную шкатулку из африканского дерева венге увидела год назад в антикварной лавке и не смогла пройти мимо; небольшого паучка, сшитого из замши и купленного на одной из ярмарок, подарил Оливер, после того, как… Я тут же глажу татуировку с надписью «Сильван» на запястье. Все эти мелочи такие знакомые и родные, но почему-то именно сейчас хочется расплакаться. Не позволяю себе этого, сглатывая тугой ком в голе.
Следующей в руки попадает небольшая фоторамка. Там мы вместе с Китом в обнимку, нам по шесть лет. Рядом улыбающиеся родители, кажется это фото сделано в парке развлечений «Лисеберг». Целую кончики пальцев и прикладываю их к изображению, тем самым передавая воздушный поцелуй, после чего убираю рамку обратно в чемодан. Кит очень изменился, и вряд ли кто в щуплом темноволосом малыше узнает местного «киборга», но рисковать не хочу.
Что ж, пора спать, подъем здесь ранний.
Выключаю свет и отворачиваюсь к шершавой каменной стене, закрывая глаза.
— Я никогда не знала своих родителей, - голос Коры прорезает черную как смоль тишину. – Меня воспитала улица, одноглазый Мило и рябая Теа. Последнее, это название бара в одной из подворотен Мальме, если что.
Перестаю дышать, затаившись, только бы не спугнуть Кору. Уверена, что рассказ о себе ей дается непросто.
— Я – профессиональная воровка. Карманница-«писарь», - девушка хмыкает и тут же поясняет. – Канцелярским лезвием подрезала у прохожих сумки. Крест-накрест, типа как письмо. Но такие как мы рано или поздно попадаются. Попалась и я, - Кора тяжело вздыхает. Я хоть и не вижу ее, но мне кажется, сейчас у Коры прикрыты глаза и на лице ходят желваки. - Мне предложили на выбор – срок до совершеннолетия в исправительном интернате или сюда. Я выбрала сюда. Если бы я только знала…
В темноте слышен хруст костяшек пальцев.
— Так про подростков-сирот это правда? – робко интересуюсь я.
— Джун – играла в переходах на скрипке, когда ее поймали и предложили тоже самое, что и мне. Лукас сбежал из девяти приемных семей, в конечном итоге социальные службы просто устали.
— А беркуты? Гас? – не знаю, почему меня это интересует, но мне важно знать.
— Гас убил человека, - Кора как ни в чем не бывало продолжает разминать пальцы. – Кажется, мать.
Боже мой!
Подскакиваю на кровати, из груди рвется испуганный крик. Мать! Он убил мать!
—Поэтому, когда я говорю, что у этих парней нет ничего святого, и они очень опасны – я не шучу.
Мы сидим в тишине еще какое-то время. После чего слышу скрип кровати и шуршание одеяла.
— Спи, Элла. Завтра сложный день. Но если хочешь, я расскажу тебе легенду про это место. Говорят, на месте Наттвинда был целый город.
Я что-то мычу в ответ, но мысли мои совсем о другом. Ведь я тоже сирота, получается, как и все здесь. Странно ли это? Или Кора права, и пути назад отсюда нет? Что здесь вообще происходит…?
— В далёкие времена, на границе диких лесов и скал, где ветры завывают среди горных вершин, а тёмные пещеры хранят тайны забытых эпох, жил непобедимый воин — Несокрушимый. Его имя забылось временем, но легенда о нём живёт в сердцах тех, кто чтит своё прошлое…