— Да как вы не понимаете, — возбужденно замахал конечностями импульсивный корень, — согласно бытующим в этих местах поверьям, тот, кто хотя бы одним глазком увидит водяного дракона, будет до конца жизни счастлив, удачлив и здоров! А вы, будучи свидетелями рождения этой твари, по причине закоренелого эгоизма не потрудились разбудить несчастного Мандрагора, чтобы тому также перепала толика благ…
— Слышь, баклан, кончай наезд! Пока мы с Гвеном разруливали ситуацию с речными девками, нам было не до тебя, а потом, когда дракон улетел, тем более. Так что быстро заткнул фонтан и успокоился!
— Не будем ссориться, друзья! — Весьма своевременно Гвен осадил готовых вцепиться друг в дружку спорщиков, затем обратился непосредственно к Мандрагору: — Никто из нас ничего плохого против тебя не замышлял, а не разбудили Ваше Спящее Величество лишь потому, что было не до тебя. Признаться откровенно, мы со Шмультиком малость перетрухнули. К счастью оказалось, что брачный сезон у водяных только через два месяца, иначе растащили бы нас со Шмультиком по разным омутам и поминай, как звали. Проснулся бы ты сегодня, а нас-то и нет. Чего бы делал?…
На поставленный вопрос корень ничего не ответил, но по тому, как перекосило его и без того не очень приглядную физиономию, несложно было догадаться, что перспектива очутиться одному посреди чиста поля, Мандрагора совершенно не вдохновляла.
— Поэтому кончай выступать не по делу, — продолжал Гвенлин, — лучше растолкуй, если можешь, конечно, некоторые непонятные моменты: что это за дракон водный и что означает мудреное предсказание — все-таки ты побольше моего со старым Моргеланом бок о бок прожил.
Расценив слова юноши как факт признания своего превосходства в делах, связанных с магией, Мандрагор приосанился и, стараясь придать своему писклявому голосочку побольше солидности, заговорил:
— Водные драконы, да будет вам известно, друзья мои, есть волшебные существа сродни вашему покорному слуге, то есть мне…
— Тоже мне, дракон выискался, — тихонько прокомментировал последнее высказывание корня Шмультик.
На его счастье специалист в магии то ли не услышал едкого замечания, то ли не посчитал нужным из-за мелкой подковырки завистливого злопыхателя затевать очередную свару со своенравным демоном. Так или иначе, Мандрагор, не моргнув глазом, продолжал:
— Раз в двенадцать лет вся водяная нечисть собирается в определенных местах и устраивает праздник Возрождения. Никто не знает, что символизирует и чему посвящено это празднество. Известно лишь, что оканчивается оно всегда одним и тем же — водяная братва выпускает на волю очередного водного дракона. Если кому-то из разумных существ случится увидеть это чудо, считай, ему крупно повезло — здоровье, богатство и прочие блага обеспечены ему до самого конца жизни. По поводу предсказания водной девки я бы на вашем месте не особо обольщался — мало ли чего бабы наплетут, если всему верить… — Не в силах выразить с помощью слов, что же все-таки случится с тем, кто поверит женщине на слово, магический корень замолчал, задумчиво уставившись на догорающие в костре угольки. — Хотя бес поймет этих русалок, поговаривают, что они все-таки иногда могут предсказывать будущее. Как сказала эта Ноя? "Опасность минует, и демон получит свободу лишь после того, как соединятся два любящих сердца и человек поднимется на недосягаемую высоту". На мой взгляд, полная белиберда. Поскольку, как я понимаю, человек в данном случае — наш Гвенчик. Тогда ответьте мне: на какую такую высоту он может подняться и при чем здесь два любящих сердца?
— Сразу видно, хрен корявый, ограниченная ты личность. — Укоризненно покачав головой из стороны в сторону, произнес демон. — И где же ты видел, что бы предсказание имело конкретный смысл; мол, сходи туда-то и сделай то-то, а в результате будет тебе счастье по полной программе. Предсказание тем и отличается от инструкции по пользованию унитазом, что тот, кого оно касается, должен сам своей мудрой башкой постигнуть его смысл. Гвен, напряги мозги и попытайся понять, что имела в виду русалка.
— К сожалению ничего умного в голову не приходит. — После минутных размышлений смущенно развел руками Гвен. — Действительно какая-то белиберда получается: два любящих сердца, недосягаемая высота, опасность минует…
Стой, паря! — Демон бесцеремонно перебил упавшего духом юношу. — С таким скептическим подходом к проблеме у нас действительно ничего не получится. Коли не выходит у Гвенлина, давайте устроим мозговой штурм, и все дружно справимся с ней. — Возражений не последовало и окрыленный Шмультик продолжил: — Для начала обозначим степень грозящей Гвену опасности. Скажи те мне кто-нибудь, насколько разнится влияние Гильдии Магов на территории Рангутского Торгового Союза и, например, королевства Ингерланд?
— Взаимоотношения магов с торгашами Рангута и спесивым дворянством Ингерланда или какого другого монархического государства отличаются как небо и земля, — начал объяснять Гвенлин. — В Рангутском Союзе имеет место тесное обоюдовыгодное сотрудничества чародейского сословия с местным купечеством. Отсюда весьма строгие законы, защищающие права представителей Гильдии. В Ингерланде, как, в общем-то, и в любой другой монархии, местная знать хоть, и пользуется охотно услугами чародеев, но представители высших слоев общества поглядывают на магов свысока, как на самых обыкновенных простолюдинов. Открыто своего пренебрежения они, конечно же, не выражают, поскольку законы в отношении обидчиков членов Гильдии там столь же суровы, как в Рангуте и за убийство мага даже сиятельному герцогу могут запросто оттяпать голову. Единственные, кто в этом плане неподсуден, это члены королевской семьи. Они сами себе закон и плевали с высокой колокольни на всякие Гильдии Магов…