Я отбросила свои дискомфортные мысли о черноглазом Лорде Хорвате и засунула список в задний карман. Затем взяла тонкую папку с информацией, которую Лиза наскребла по гулям. Любые сведения, какими бы малыми они ни были, имели ценность.
По словам Лизы, продолжительность жизни гуля составляла около пятисот лет. Это само по себе представляло проблему: эволюции сложно проделать какую-либо работу, когда существо жило так долго. В их родословных не прибавлялось новой крови, зато множились разные наследственные заболевания, и они куда сильнее подвержены новым болезням. Судя по наброску, полученному неизвестно откуда, гули также не были особо симпатичными. Они редко бывали выше метра ростом, черты лица были преувеличенными аж до искажённости, а кожа выглядела серой и кожистой. Они, похоже, не обладали какими-либо особенными способностями, если не считать навыка зарываться в землю, что объясняло длинные, похожие на когти кисти рук. И, конечно, они жили исключительно на диете из человеческих трупов. Ням-ням.
Единственным плюсом было то, что гули, видимо, являлись мирными существами. И всё. Учитывая предложение Кеннеди не брать с собой арбалет, пока я не научусь им уверенно пользоваться, мне придётся защищаться исключительно дубинкой.
Я вздохнула. Я ничего не должна Кларкам, но всё же обещала миссис Кларк, что помогу. Это моя работа, именно то, на что я подписалась, когда согласилась стать единственным детективом Отряда Сверхов.
Я посмотрела на часы. До рассвета оставалось всего два часа. Если я собиралась найти упомянутых гулей, придётся пошевеливаться.
***
Через двадцать минут я стояла на Кливленд-стрит. Я заметила два до сих пор работавших паба, чьи окна запотели, а из дверей доносилась тихая музыка. Я проигнорировала оба заведения и прошла по усеянной мусором улице в поисках третьей сточной канавы.
Взяв в качестве отправной точки самую северную часть Кливленд-стрит, я стала смотреть на землю. Одна сточная канава. Вторая сточная канава. Я продолжала двигаться. И вот… третья сточная канава.
Я подошла и с сомнением посмотрела на цилиндрическую железную крышку. Я понимала, что гули — это существа, обитавшие во тьме, и их занятия вызывали у меня мурашки… но они реально жили в канализации?
Я почесала голову и опустилась на колени. У меня не оставалось выбора. Если я хотела найти гулей, мне надо туда спуститься. Я поморщилась и потрогала крышку кончиками пальцев. Это определённо одна из самых странных вещей, что я делала в последнее время… а это о многом говорит.
Я едва сумела приподнять крышку достаточно, чтобы заглянуть в чернильную тьму под ней, как над моей головой раздался голос:
— У вас всё в порядке?
С громким стуком уронив крышку обратно, я выпрямилась и оказалась лицом к лицу с мужчиной, который выглядел лет на шестьдесят с небольшим. Для того, кто бродит по улицам в пять утра, он был одет очень хорошо… если считать, что люди вроде учителей географии хорошо одевались. Он носил твид, много твида. Даже лихую твидовую кепку.
Я присмотрелась к нему, ожидая увидеть вампирские клыки. Его зубы выглядели слишком острыми для человеческих, но определённо не принадлежали вампиру. Я слишком очевидно пялилась на его рот; он сразу понял, о чём я думала.
— Я не кровосос, детектив Беллами, — сказал он с бесстрастным выражением. Его чёткий английский акцент идеально подходил к его одежде.
— Вы знаете, кто я.
Он улыбнулся и поклонился в пояс.
— Я сверхъестественное существо. Знать, кто вы — часть самого моего существования.
У меня складывалось впечатление, что он ведёт какую-то воспитанную игру.
— И кто же вы? — поинтересовалась я.
Он запустил руку в карман, вытащил монокль и вставил в свою левую глазницу.
— Меня зовут Альберт Финнеган, — он снова поклонился. — Приятно с вами познакомиться.
Я очень сильно сомневалась, что это его настоящее имя. И всё же я склонила голову в знак признания.
— Я могу вам чем-то помочь, мистер Финнеган? — спросила я, надеясь на отрицательный ответ. У меня имелись планы на оставшиеся пару часов темноты.
— Похоже, это вам нужна помощь, — кротко заметил он. — Что, во имя всего святого, вы делаете?
— Я здесь по важному полицейскому делу, — сказала я ему. — Вам нет нужды беспокоиться.
Судя по тому, как слегка изогнулись уголки его губ, Альберт Финнеган точно не страдал от беспокойства.
— Постараюсь держать свои тревоги в узде.
— Рада слышать. Отойдите, сэр, — я присела и возобновила попытки открыть сточную канаву. Этим ходом явно не очень активно пользовались. Крышка, похоже, чуть ли не полностью заржавела.