Старик вскочил на ноги, но недостаточно быстро. Недостаточно быстро для огненных рук, которые протянулись из пламени и втащили его внутрь. Звук его болезненного крика послал дрожь по моему позвоночнику. Было известно, что Адский огонь ощущается так, словно с человека медленно сдирают кожу с костей.
-Нет!
Я бросился к нему, и когда я прыгнул к костру, я едва коснулся кончика его руки, прежде чем он скользнул в пылающие глубины. Вне досягаемости.
Пламя с шипением превратилось в дым, и только гулкое эхо криков старика разносилось по деревьям.
34
БАРОН
Гнев распространился по телу барона, когда он лежал на холодном полу камеры. В этих мучениях не было ничего нового. Он терпел такую боль в течение нескольких месяцев, с тех пор как его впервые выпорол епископ Венейбл, и он привык к агонии пыток. Упираясь лбом в грязь, он знал, что нужно глубоко вдыхать через нос. Лежать совершенно неподвижно, чтобы его раны не растянулись и не открылись. Он знал, что нужно стонать и плакать, как от боли, чтобы епископ Венейбл не разгадал его уловку. И он знал, прежде всего, что никогда не залечит свои собственные раны.
Краем глаза он уловил какое-то движение, привлекшее его внимание к темной половине камеры. Прошло несколько недель с тех пор, как его в последний раз помещали в комнату с другим заключенным. В большинстве случаев его оставляли одного, чтобы он в тишине столкнулся с масштабом своих травм.
Он поднял голову, не совсем уверенный, что вообще заметил движение.
Пока тени не переместились по стене.
-Кто там?
Тени уступили место стройным ногам и рукам, а также длинным светлым локонам женщины.
-Я не хотела прерывать ваше исцеление, милорд.
-Кто вы такая?
-Меня зовут Сириса. Сириса из Солдетэра.
Волосы солдата. Северная деревня, о которой он слышал, жители которой были захвачены Пентакруксом, многие из них были пленниками за почти дикий образ жизни, задолго до рождения барона. Она рванулась вперед, подползая к нему, как животное на четвереньках, на свет, льющийся из окна. На ее коже виднелись красноречивые и знакомые следы жестокого обращения – синяки, порезы, блестящие следы ожогов и новая кожа. Блеск металла привлек его внимание к ее горлу, где золотое кольцо врезалось в плоть шеи. Женщина была измучена, это все, что он мог сказать.
-Я раньше не обращал на тебя внимания. Как ты нашла дорогу в эту камеру? - спросил барон, заинтересовавшись ею.
Он бы наверняка заметил ее даже в самых темных углах небольшого помещения, учитывая, что его зрение позволяло ему видеть сквозь тени.
-Так получилось, что я не очень люблю темноту. Тебя это беспокоит? -Она все еще не ответила на его вопрос, как будто не хотела говорить.
-Нет.- Он изучил ее поближе, и при первой искре узнавания его глаза расширились. -Ты - Лесная Вдова. Женщина, которая заманивает маленьких мальчиков в свою хижину.
-Лесная вдова, говоришь ты. Это так они называют меня в наши дни? -Закатив глаза, она усмехнулась. -Иисус, Мария и Иосиф. Они неизбежно найдут что-нибудь, чтобы выставить женщину хищницей.
-Значит, вы не соблазняете молодых парней в своей хижине?
-Если мальчик найдет дорогу в мою хижину, я могу заверить вас, что это его собственная свободная воля, которая заставляет его. Тебе раньше никогда не нравились женщины постарше?
Он сжал губы, чтобы скрыть свое отвращение.
-Обычно нет.
-Правда? А, ну что ж. Каждому свое.
-Почему ты здесь?
Она тоскливо вздохнула.
-Любовь. Я глубоко любила кое-кого. И его у меня украли. Проклятая.
-И сколько лет было этой твоей любви?
-Твоего возраста, примерно.
Женщина, должно быть, была по меньшей мере в два раза старше барона, учитывая зрелость ее черт, возможно, даже старше.
-Мне всего шестнадцать. Ты переспала с ним?
Губы растянулись в усмешке, она провела рукой по своей руке таким образом, что барон задумался, должно ли это быть соблазнительным.
-Много раз. Мы сделали гораздо больше, чем просто легли вместе. И ему это нравилось.
-Это не оправдывает того, что ты воспользовалась им.
Улыбка на ее лице исчезла, и ее глаза уставились в его, затуманенные тьмой, от которой у него по коже побежали мурашки.
-Мужчины все время пользуются преимуществом. Я была замужем за мужчиной втрое старше меня. Он забрал меня, когда мне было всего двенадцать лет.
-Тогда он монстр, а не человек.
-О, сколько рыцарства в этом!-Она со смехом откинула голову назад. -Ну, этот человек кое-чему меня научил. Тому, чему я в конечном счете научила своего молодого любовника.
-Не говори так. Это не любовь, которую ты ищешь.
-Тогда в чем же дело, молодой барон?