Это признание пронзило мое сердце, зная, что моя мать отдала свою жизнь, чтобы защитить Люстину, а я, в конце концов, не смог спасти ни ее, ни Люстину.
-Люстина потеряла бы память, когда умерла, только чтобы вспомнить это, когда она возродилась.
Адимус последовал за мной, его слова затухали из-за ярости, кипящей в моей голове.
-Фаррин теперь хранит это воспоминание и находится в опасности, потому что она жива. Шансы на то, что она вспомнит Омни, пугающе велики, пока ее сердце все еще бьется.
-Тебе лучше молиться, чтобы оно все еще билось, если ты такой святой. Потому что, если с ней что-нибудь случится, я устрою Ад на небесах.
Прошло совсем немного времени, прежде чем мы прибыли к вратам Инферниума. Полуразрушенный приют располагался у подножия горы, сам его вид представлял угрозу, с его статуями горгулий и темными виноградными лозами, вьющимися снаружи по нему. Тьма нависла над зданием, разделенная колеблющейся стеной, которая мерцала там, где на нее падал свет с того места, где мы стояли.
На самом краю границы Эрадьена.
-Дальше я не пойду, - сказал Адимус, глядя на зловещее здание. -Я не могу долго оставаться в Паслене, так как я уверен, что Падшие уже почувствовали мое присутствие здесь. Вход в лабиринт находится в туннелях под лечебницей.- Он полез в карман и вытащил флакон, который протянул мне. -Этого витаилема должно хватить тебе, чтобы вызвать разряд прямо в сердце Летифера, которое находится в центре лабиринта. Забирай Фаррин и быстро уходи, потому что, как только портал закроется, ты не сможешь сбежать.
-Вот почему мой отец разыскал Фаррин. Если она сможет получить доступ к витаилему, она сможет силой уничтожить его.
-До тех пор, пока она не умрет. Затем Летифер разыщет следующего Мет'Лазана. И следующего. И следующего. Пока весь Этериуш не будет опустошен.
-Я не позволю этому случиться.
-Удачи.
-Мне не нужны твои святые добрые пожелания. Они ничего не значат в Инферниуме.
С этими прощальными словами мы с Васжаго прошли через ворота к лестнице. Меня немного утешало знание того, что Фаррин, скорее всего, жива, учитывая, что Васжаго не проявлял никаких признаков боли.
Пройдя мимо горгулий, чьи глаза светились красным, я побежал вверх по лестнице к двери, где на меня уставились дьявольские дверные молотки. Тремя ударами дверь открылась, и мы вдвоем вошли в лечебницу. В воздухе повис холодок, от которого перехватывало дыхание, когда я пробирался в вестибюль. Старые каменные стены, покрытые пятнами возраста и ветхости, придавали интерьеру неопрятный вид.
Медсестра, одетая в белую униформу и шапочку для кормления, наблюдала за нами, когда мы проходили мимо, ее моложавое лицо сменилось на лицо скелета с разложившейся плотью и снова приобрело моложавый вид.
-Я думаю, что я ей нравлюсь, - тихо сказал Васжаго рядом со мной.
Я бы рассмеялся, если бы мои мышцы не были так напряжены при мысли о том, что Фаррин находится в этом месте. Как ужасно это, должно быть, было для нее, особенно с такими незначительными боевыми навыками, какими она обладала. Я был рад узнать, что Веспир пошла за ней, так что, по крайней мере, она была не одна. Но, учитывая намерения моего отца, Веспир, конечно же, не могла выжить.
За стойкой регистрации лечебница открылась во что-то вроде старого, обветшалого атриума со стеклянным куполом над головой и этажами за этажами того, что, должно быть, насчитывало более пары тысяч палат для пациентов, а то и больше. Мы продолжали идти вперед, к коридору, где вдалеке мерцал знак выхода.
Вдоль коридора тянулись палаты, где пациенты сидели в инвалидных креслах. Лицом к выходу сидел старик, одетый только в то, что походило на матерчатый подгузник. Когда мы проходили мимо, я обернулся и увидел, что его глаза остекленели, а руки непрерывно дрожали. Он прошептал про себя неразборчивые слова.
Мы продолжили путь, миновав женщину, которая раскачивалась взад-вперед на своем стуле.
-Бога нет. -Она потянулась к нам двоим, когда мы проходили мимо, чуть не задев мою руку. -Помоги мне, ангел. Помоги мне. Пожалуйста!
Мы, наконец, дошли до конца коридора и толкнули старую, средневекового вида дверь на лестничную клетку. Я выглянул из-за края перил, чтобы найти лестницу, ведущую на уровни ниже нас, и оглянулся на Васжаго.
-Готов к этому?
-Готов, как никогда, я полагаю.
Мы побежали вниз по лестнице, звук наших тяжелых ботинок эхом отражался от стен, пока мы не достигли самого низа. Кто-то нарисовал на двери АД, и я знал, что мы нашли его.
Вход в лабиринт.
Сделав глубокий вдох, я протиснулся в серый коридор с серыми стенами, серыми полами, серыми потолками. Когда я переступил порог с Васжаго, следовавшим за мной, звук скрежещущего камня сзади заставил меня обернуться и обнаружить, что стена за нами закрывается.