Быстрый взгляд на Веспир показал, что она сражается с другим из них.
Разочарование от того, что я совершенно бесполезна, вызвало во мне вспышку гнева, и я снова атаковала, сумев перерезать горло демоническому псу. Мои движения были настолько необъяснимо точными, что я снова взглянула на Веспир, задаваясь вопросом, действительно ли я была той, кто наносил этот срез. Пес издал демонический визг и споткнулся, в то время как из его горла сочилась черная кровь. Я вонзила лезвие ему в голову.
Снова, почти без усилий, как будто я делала это сто раз до этого.
Не прошло и секунды, как собака взорвалась ярко-оранжевым пламенем, точно так, как Иерихон и говорил, что это произойдет с проклятым клинком.
-Ha! Я сделала это! Я, блядь, сделала это!
-Отлично! Беги!
Я подняла взгляд, чтобы увидеть еще с полдюжины человекоподобных существ, атакующих нас. Развернувшись на каблуках, я схватила фонарь и направилась за угол, где заметила Элиона, присевшего на корточки возле следующей двери. Мы все трое ввалились в комнату, и оказавшись по другую сторону двери, я захлопнула ее.
Закрыв глаза, я привалилась спиной к барьеру, тяжело дыша.
Веспир присела рядом со мной, тоже наклонившись вперед, тяжело дыша.
-Это было напряженно.
Я подняла к ней кулак.
-Как это было для гребаного мирмекофила.
Фыркнув, она уставилась на меня и стукнула своим кулаком по моему.
-Почти уверена, что Ван Круа тоже гордился бы тобой.
-Мне придется сказать ему, что я убила свою первую демоническую собаку. Предполагается, что я увижу его снова .
-Ты увидишь . Мы убираемся отсюда к чертовой матери.
Снова закрыв глаза, я сделала глубокий вдох, чтобы унять прилив адреналина, который захлестнул меня в тот момент, когда я увидела эти вещи.
Спокойствие. Глубокие вдохи. Спокойствие.
-Фаррин!- Когда знакомый мужской голос окликнул меня, я сглотнула, преодолевая внезапную сухость в горле, и мои глаза распахнулись.
Я стояла в фойе моего старого дома, которое легко было узнать по темной деревянной лестнице, странным стенам с рисунком пейсли и планировке, которая выглядела точно так же, как когда мне было пятнадцать лет.
-Папа?
-Фаррин!- Страх и боль в его голосе зажгли огонь в моих венах, и я побежала вверх по лестнице, обнаружив его в ванной, спиной ко мне, лицом к ванне.
-Папа?-Слезы наполнили мои глаза, когда я посмотрела на него. Мой отец. Мужчина, которого я не видела с тех пор, как была подростком. Человек, которого я никогда не думала, что увижу снова.
Он был здесь? Настоящий?
Я вошла в маленькую ванную и, взглянув вниз, на ванну, увидела ноги, погруженные в воду. Ужасающее ощущение охватило мою заднюю часть шеи, и когда он отступил в сторону, я отпрыгнула назад, увидев себя.
Утонула.
Я судорожно вздохнула, паника разрасталась в моей груди при виде моего собственного безжизненного лица, и, вздрогнув, я отвела взгляд, чтобы обнаружить, что мой отец смотрит на меня в ответ, выражение чистой агонии затуманило его взгляд.
-Я не хотел этого делать, - сказал он со слезами в голосе. -Я очнулся ото сна ... И мои руки были обернуты вокруг твоего горла.
Я наклонилась вперед, обвивая его руками.
-Все в порядке, папа. Я знаю, ты не хотел причинить мне боль.
Его руки удерживали меня, и он затрясся от рыданий.
-Я никогда не хотел причинить тебе боль, Фаррин. Никогда.
Объятия становились все крепче. Крепче.
Холодная жидкость привлекла мое внимание к полу, где вода собралась вокруг моих ног, выливаясь из ванны.
Дверь в ванную захлопнулась, и я со вздохом отпустила отца. Что-то удерживало меня от того, чтобы отойти от него, и когда я посмотрела вниз, вместо того, что я приняла за его руки, было длинное черное щупальце, обвившееся вокруг моей талии.
Мои глаза метнулись к нему, и зловещий красный цвет перетек в некогда знакомый карий, который я помнила. В моей голове заревел сигнал тревоги, и я толкнула его в грудь. Одним сильным толчком он прижал меня спиной к стене, мой позвоночник врезался в плитку. Он прижался своими губами к моим, и на резком выдохе я закричала ему в рот, толкая в плечи.
Что-то скользнуло мне в рот, ощущение вызвало хаос в моем мозгу, и я разразилась истерикой, пытаясь оттолкнуть его от себя. Он отстранился, и это было уже не лицо моего отца, а лицо Иерихона. Повязка у него на глазу. Из его головы торчали рога. Кожа черная, как ночь, и серебристые татуировки, светящиеся на его коже. Змеиный язык скользнул по его губам.
Однако это был не он. Я знала, что это не так, потому что его единственный глаз был кроваво-красным, и даже в демонической форме Иерихона его глаз оставался черным.
Леденящий холод окутал мои ноги, и я посмотрела вниз, чтобы увидеть, что вода поднялась до уровня моих бедер.