Джулия покраснела.
— Хочу напомнить: время и расстояние ничуть не уменьшили любовь Данте. Он продолжает любить Беатриче. Он желает ее. Всю. Целиком. И как ни странно, сила желания Данте и отчаяние, вызванное невозможностью это желание осуществить, делают его все более целомудренным.
Змеиные глазки проследили, в какую часть зала бросает взгляды профессор Эмерсон, и дали ему понять, что его тайна раскрыта. Он вспыхнул и не без некоторых усилий вернулся к прерванной лекции:
— Согласно философии Данте, похоть — это извращенный вид любви. То есть Данте не отказывает этому состоянию, каким бы низменным и отвратительным оно ни было, в праве называться любовью. Любострастие считается самым меньшим из семи смертных грехов. И потому Данте помещает прелюбодеев во второй круг Ада, располагающийся сразу за так называемым Лимбом, где обитают души добродетельных язычников и некрещеных младенцев. Нравится нам или нет, но мы должны признать: плотская страсть — одно из величайших земных наслаждений. — Габриель снова посмотрел в сторону Джулии. Та находилась словно в трансе, ловя каждое его слово. — Для правильного понимания секса нужно брать во внимание не только его физическую, но и духовную составляющую. Тогда секс видится экстатическим союзом двух тел и двух душ, подражанием радости и экстазу райского союза с божественным. Два тела, соединенные в наслаждении. Две души, связанные единением тел. Это и есть искренняя, радостная и бескорыстная отдача себя другому.
Джулия едва удержалась, чтобы не заерзать на стуле. Ей вспомнилось, как Габриель слизывал с ее пальцев крупицы шоколада. В зале становилось жарко. Не только Джулия, но и другие слушатели ерзали на своих стульях.
— Не боясь прослыть педантом, добавлю: если во время любовного слияния кто-то из двоих жадничает и не отдает себя целиком, оргазма не произойдет. Напряженность, подавленность, разочарованность партнера — вот к чему приводит такая «экономия». Момент оргазма — это предвкушение абсолютного взаимопроникновения и искреннего, возвышенного наслаждения. Наслаждения, удовлетворяющего все потребности, включая самые сокровенные, о которых каждому из двоих так долго мечталось.
Габриель сделал паузу, чтобы глотком воды промочить горло. Он едва заметно улыбался, следя за Джулией и представляя, что сейчас происходит у нее в душе… и между ног.
— Совместный оргазм — это совместное таинство телесного и духовного союза. Души ликуют, что не мешает телам извиваться, потеть, переплетаться, делать множество странных движений под не менее странные звуки, вылетающие из обоих уст… пока не наступит заветное мгновение. — Габриель умолк. Ему очень хотелось взглянуть на Джулию, но он удержался, зная, что это сразу же привлечет нежелательное внимание к ее раскрасневшемуся лицу и опущенным глазам. — Надеюсь, мои слова ни у кого не вызвали обморока? — спросил он, пытаясь разрядить обстановку.
Аудитория отозвалась искренним, хотя и не слишком громким смехом. Криста обмахивалась экземпляром книги Габриеля.
— Полагаю, мои слова наглядно проиллюстрировали тезис Данте, а именно: плотская страсть — это могущественная сила, способная затуманить мозг, заглушить голос разума, вынудив его сосредоточиться на телесных сторонах жизни. В такие моменты разум забывает о возвышенном, а душа не стремится к Богу. Не удивлюсь, если кто-то из вас предпочел бы не дослушивать до конца мою скучную лекцию, а поспешить в объятия любимых. — Габриель усмехнулся, совершенно игнорируя ученую даму на первом ряду, которая вытащила из сумочки небольшой, но весьма неприличный предмет и теперь пыталась дразнить им профессора Эмерсона. — Стало быть, плотские отношения без любви — это смертный грех, ибо слияние тел не сопровождается слиянием душ. Фома Аквинский утверждал: при настоящей любви влюбленный человек ощущает тело своей половины как часть себя. — Взгляд Габриеля потеплел. Улыбка тоже. — Радость и красота сексуальной близости, проявляемые при телесном слиянии, — естественное следствие любви. Между сексом и похотью нельзя ставить знак равенства. Современный лексикон делает различие между, простите за вульгарность, траханьем и занятием любовью. Однако секс не идентичен любви, что явствует из традиций романтической любви. Мужчина может любить свою подругу страстно, но целомудренно, не вступая с нею в сексуальные отношения. В Дантовом Раю телесная страсть преображается в милосердие — самое истинное и чистое проявление любви. Душа, достигшая Рая, свободна от тоски. Все ее желания удовлетворены, и она полна радости. Она уже не испытывает вину за прежние грехи, а наслаждается абсолютной свободой и завершенностью ее исканий. К сожалению, время не позволяет более подробно поговорить об этом… Итак, в «Божественной комедии» мы обнаруживаем противопоставление телесной страсти и милосердия, а также громогласный гимн во славу романтической любви, представленной отношениями Данте и Беатриче. Лучше всего идеал романтической, возвышенной любви выражается в словах Беатриче: «Apparuit iam beatitudo vestra». То есть: «Ныне явлено блаженство ваше». Правдивее не скажешь… Благодарю за внимание. Моя лекция окончена.