Аплодисменты были искренними, но сдержанными. За¬тем профессор начал отвечать на вопросы. В академических кругах было принято не только это. Многие университеты Нового Света, в том числе и Торонтский, словно унаследова¬ли от средневековой Европы принцип иерархичности. Пер¬выми вопросы лектору задавали профессора, преподаватели и работники факультетской администрации. Только потом наступал черед аспирантов и студентов.
Джулия затихла, стараясь уложить в мозгу все, о чем го¬ворил Габриель. Она мысленно проговаривала наиболее за¬помнившиеся фразы.
— Не пропусти интересный момент, — наклонившись к ней, шепнул Пол. — Эмерсон в упор не видит Кристу.
Поскольку они сидели сзади, от их глаз было скрыто де кольте мисс Петерсон. Джулия и Пол видели лишь ее согну¬тую спину. Криста по-прежнему обмахивалась книгой, пы таясь привлечь внимание Габриеля. Он отвечал на вопросы других слушателей и словно не замечал не в меру ретивую аспирантку. Бедная Криста теперь уже вовсю тянула руку, но это не помогало. Потом профессор Мартин встал и извиня¬ющимся тоном объявил, что время, отведенное для ответом на вопросы, истекло. Он поблагодарил слушателей за внима¬ние и выразил надежду увидеть их на новых лекциях профес¬сора Эмерсона. Только тогда помрачневшая Криста опусти ла руку.
Снова раздались аплодисменты. Габриель покинул сцену. К нему сразу же подошла какая-то брюнетка среднего роста, не отличавшаяся особой худобой. На вид ей можно было дать лет около сорока. Вероятно, тоже преподавательница с дру гого факультета. Они с Габриелем улыбнулись друг другу и пожали руки.
— Нет, ты видела? — спросил Пол, фыркая от смеха. — Он не позволил нашей красотке рта раскрыть.
— А почему? — удивилась Джулия. — Боялся, что она спросит какую-нибудь глупость?
— Наверное, боялся, что она швырнет в него свой лиф¬чик или развернет плакат «Я люблю Эмерсона».
Джулия тоже засмеялась. Габриель к этому времени за¬кончил разговор с брюнеткой и теперь говорил с кем-то из мужчин.
— Странно, что никто из факультетской публики не ука¬зал Эмерсону на оговорку, — произнес Пол, задумчиво по¬чесывая затылок.
— Какую оговорку?
— Слова «Ныне явлено блаженство ваше» произносит не Беатриче, а Данте. В «Божественной комедии» их вообще нет. Они из второй главы «Новой жизни», когда Данте впер¬вые встречает Беатриче. — Джулия ничего не сказала. Пол все не мог успокоиться: — Странно. Конечно, оговориться мо¬жет каждый. Но Эмерсон знает Данте назубок. Может цити¬ровать целые главы и по-английски, и по-итальянски. Забав-нее всего, что наш поборник безупречности оговорился, а ни у кого не хватило смелости его поправить… Может, потому Криста так и дергалась?
Джулия кивнула. Конечно же, оговорка была намерен¬ной, только Полу об этом знать необязательно.
— Слушай, ты сегодня потрясающе выглядишь, — ска¬
зал Пол, меняя тему. — Ты всегда потрясающе выглядишь, по сегодня ты просто светишься. — Он перестал улыбать¬ся. — Надеюсь, твой парень не рассердится на меня за такие слова. Кстати, напомни мне его имя.
— Оуэн.
— Точно. Наверное, ты рада, что у вас все наладилось. А то мне было больно на тебя смотреть. Целыми днями хо- дила понурая. Потом вообще сидела затворницей.
— Спасибо, — пробормотала Джулия.
— Это ты на лекцию так принарядилась?
— Я не знала, как здесь принято одеваться на такие лек- ции. Подумала: наверное, соберется вся профессура. Как-то не хотелось приходить в свитере и джинсах.
— Если ты о женской части профессуры, то эти дамы по¬чти не следят за модой, — засмеялся Пол. Он тряхнул головой и осторожно коснулся руки Джулии: — Надеюсь, твой бывший теперь станет обращаться с тобой как с принцессой.
Иначе мне придется наведаться в Филадельфию и преподать ему урок хороших манер.
Джулия его почти не слушала, поскольку к Габриелю по¬дошла миниатюрная блондинка и расцеловала его в обе ще¬ки. Вот те на! «Так, профессор. Я помню твои недавние сло¬ва. Или условия распространяются только на меня?»
Пол что-то бормотал себе под нос.
— Ты что? Еще оговорки нашел?
— Нет. Лекция была мастерски скомпонована и отлич¬но прочитана. Теперь ты понимаешь, почему я терплю его капризы. Но ты посмотри на эту парочку! — Он кивнул в сто¬рону Габриеля и блондинки.
Та, словно по сигналу, громко расхохоталась. Эмерсон на¬тянуто улыбался. Женщина была совсем маленькая, не более пяти футов. Свои волосы соломенного цвета она гладко за¬чесала назад и собрала в пучок, напоминавший не конский, а скорее змеиный хвост. На носу блондинки красовались оч¬ки от Армани: красная оправа и почти квадратные стекла. На лекцию она пришла в дорогом черном костюме с юбкой-ка¬рандашом, едва закрывавшей ей колени. Свой рост она ком пенсировала черными туфлями на очень высоком каблуке Джулию поразили ее ажурные колготки. Такие колготки боль ше годились для заведения типа «Лобби», чем для публичной лекции. Их обычно надевали женщины, мечтавшие быть пойманными в мужские сети.
Да, в «Лобби» или в ресторане эта дама смотрелась бы вполне нормально. Но в академической среде… Может, же- на кого-то из профессоров? И почему она держит себя столь напористо, если не сказать агрессивно?
— Можешь полюбоваться на профессора Сингер, — шеи нул Пол и поморщился.
— Ты про блондинку?
— Да. Темноволосая женщина слева от нее профессор Лиминг. Замечательная тетка. Тебе стоит с ней познакомить¬ся. А вот от блондинки держись подальше. Настоящая дра конесса.
У Джулии противно заныло в животе, когда она увидела, как эта профессор Сингер взяла Габриеля под локоть и, встав на цыпочки, принялась что-то шептать ему на ухо. Ее пальцы с длинными красными ногтями вцепились в ткань профес¬сорского пиджака. Правда, лицо Габриеля оставалось бес¬страстным.
— Почему ты назвал ее драконессой?
— Ты видела сайт этой дамочки?
— Нет.
— Считай, тебе повезло. Лучше и не лазай туда. За глаза се называют «профессор Пиранья».
По тому, как эта дама вцепилась в Габриеля, ее было бы правильнее назвать профессором Прилипалой. Джулии ста¬ло очень не по себе. А вдруг это и есть Полина?
Не желая дальше смотреть на эту сцену, Джулия встала и взяла со спинки стула свое пальто.
— По-моему, нам здесь уже делать нечего, — сказала она.
— Я провожу тебя домой, — вызвался Пол, подавая ей Пальто.
Почти у самого выхода Пола перехватил профессор Мар¬тин и жестом подозвал к себе.
— Посиди здесь. Я быстро.
Джулия села, рассеянно теребя пуговицы на пальто.
Габриель больше не смотрел в ее сторону. Ей показалось, что он даже избегает ее. Джулия отогнала тревожную мысль, по идти к нему домой ей расхотелось. В это время вернулся Пол. Он весь сиял.
— Вот уж не ожидал от профессора Мартина! — сказал он, дружески похлопывая Джулию по спине.
— Он что, предложил тебе выступить с публичной лек¬цией?