— Нет. До этого его фантазия еще не дошла. Зато он при¬гласил нас на обед по случаю прочитанной лекции.
— Ты шутишь?
— Ни капельки. Только не думай, что это за какие-то осо¬бые заслуги. Обыкновенная факультетская игра в демокра¬тию, чтобы их не обвиняли в кастовости. Если уж совсем честно, он сначала пригласил меня, а когда я сказал ему, что не один, он распространил приглашение и на тебя. Криста и здесь пролетела, — подмигивая, добавил Пол.
В этот момент Джулия поймала на себе взгляд Габриеля. Он качал головой, расстроенный и даже сердитый. Судя по всему, он видел и сияющую физиономию Пола, и это по хлопывание по спине.
«Что, профессор Эмерсон? Ревнуете меня к Полу? А как насчет профессора Пираньи? Только не говорите о двойном стандарте».
— Смотрю, ты не очень-то обрадовалась, — удивился Пол. — Если не хочешь, не пойдем. Понимаю, тебе не улы бается сидеть рядом с факультетской публикой.
— В общем-то, если декан тебя пригласил, невежливо от-клонять его приглашение, — сказала Джулия, с трудом вы говаривая каждое слово.
— Я тоже так думаю. Но ты не волнуйся, я тебе не дам скучать. Банкет будет в «Сеговии». Отличное местечко. Нача ло около семи. Может, заглянем в «Старбакс» или еще куда нибудь? Я бы не прочь выпить чашку кофе.
— Пошли в «Старбакс».
Когда они вышли на улицу, Джулия все-таки задала во прос, не дававший ей покоя.
— Аты хорошо знаешь профессора Сингер? — с нарочи той небрежностью спросила она.
— Нет. Я стараюсь держаться подальше от нее, — ответил Пол, добавив пару довольно крепких ругательств. — Дорого бы дал, чтобы не видеть электронных писем, которые она посылала Эмерсону. Они буквально врезались мне в мозг.
— Как ее зовут?
— Энн.
ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ
В «Старбаксе» Джулия настояла, что сегодня угощает она, и тайком расплатилась подарочной картой с изображением ярко сияющей лампочки. После кофейни они еще немного погуляли по улицам. В ресторане «Сеговия» их встретил обаятельный испанец, представившийся хозяином заведения. Улыбка испанца стала еще лучезарнее, когда Пол заговорил с мим на его родном языке.
Ярко-желтые стены ресторана создавали иллюзию сол¬нечного света, которого так не хватало в осеннем Торонто.
По стенам странствовали Дон-Кихот и Санчо Панса, изобра¬женные в манере Пикассо. Гитарист в углу играл аранжиров¬ки знаменитого Андреса Сеговии, в честь которого был назван ресторан. Столы для профессорского банкета занимали центральную часть зала. Их расставили в форме квадрата,
оставив узкий проход в его внутреннюю часть. При таком рас¬положении все гости неминуемо видели друг друга. Джулии вовсе не улыбалось лицезреть профессора Пиранью. Да и тай¬ком улизнуть не удастся, если станет уж совсем противно сидеть на этом банкете.
Пол сразу определил, какая сторона квадрата отведена для именитых гостей, и выбрал места подальше. Пока он по¬испански обсуждал с официантом меню, Джулия спохватилась, что до сих пор не включила телефон. Она помнила колючий, ревнивый взгляд Габриеля и решила успокоить его эсэмэской. Оказалось, он сам прислал ей сообщение, которое онa могла бы прочитать еще в «Старбаксе».
На обед не ходи. Придумай отговорку для Пола.
Жди меня в моей квартире. Консьерж тебя впустит.
Потом все объясню. Прошу тебя, сделай, как я прошу. Г.
Джулия тупо смотрела на дисплей мобильника.
— Выпить чего-нибудь хочешь? — спросил ее Пол, слег¬ка трогая за локоть.
— Я бы с удовольствием выпила сангрию, но сейчас, на верное, не сезон.
— У нас, сеньорита, сангрию подают круглый год, — сообщил официант.
— Тебе кто-то написал? — осторожно полюбопытство¬вал Пол, дождавшись, когда официант уйдет.
— Да. Оуэн. Я только здесь вспомнила, что у меня вы ключен мобильник. Прости, но я должна ему ответить.
— Естественно, — пожал плечами Пол и углубился в изучение меню.
Джулия быстро написала ответ.
У меня был выключен телефон. Увы, слишком поздно. Я уже
здесь.
Не надо меня ревновать. Вечером я буду у тебя.
И ночь тоже — до самого утра. Дж.
Джулия вернула мобильник в сумку, мысленно умоляя Габриеля не слишком сердиться на нее. Потом она, тоже мыс¬ленно, помолилась богам всех ревнивых и чересчур опекаю щих профессоров, прося их вразумить его и уберечь от ка кой-нибудь глупой выходки. Особенно в присутствии коллег,
Джулия не любила громких сигналов и потому всем сигналам в своем телефоне установила пониженную громкость, Ответ на ее эсэмэску пришел почти сразу же, но мобильик лежал в сумке, и она ничего не услышала.
Минут через двадцать подошли все приглашенные. Не подалеку от Пола сели профессор Лиминг и несколько ее кол лег с философского факультета. Габриелю повезло значительно меньше — он был зажат между профессором Мартином и Сингер.
Официант принес сангрию, и Джулия быстрыми глотка ми опустошила бокал, надеясь, что вторая порция позволт ей сбросить напряжение и не столь болезненно реагировать, на соседку Габриеля. Ей было очень неуютно, и она силой
заставила себя думать о чем-то другом. Например, о рецепте сангрии. В этом ресторане напиток готовили с изрядной до¬лей апельсинового и лимонного сока.
— Тебе что, холодно? — спросил Пол, кивая на шаль, все еще закрывавшую плечи Джулии.
— Нет. Просто забыла снять.
Джулия сняла шаль и положила поверх сумки.
Пол поспешно отвел глаза. Сегодня ему впервые откры¬лось, что при всей худощавости природа наградила Джулию довольно большой грудью, очень красиво подчеркнутой сей¬час вырезом платья.
Едва только Джулия сняла шаль, как в ее тело впилась па¬ра голодных синих глаз. Обстановка не позволяла Габриелю слишком долго наслаждаться зрелищем, и он торопился за
считаные секунды впитать в себя как можно больше впечат¬лений.
— Пол, а эта профессор Сингер… с нею все в поряд¬ке? — почти шепотом спросила Джулия, закрывая губы бо¬калом.
Пол видел, как Энн Сингер пыталась сесть чуть ли не и притык к Габриелю и как тот все время отодвигал свой стул.
Тогда она начинала двигать свой. К сожалению, Джулия это- го не видела.
— У нее с Эмерсоном был романчик. Похоже,сейчас во- зобновился, — презрительно усмехнулся Пол. — Теперь по-
нятно, отчего наш проф всю неделю был в хорошем настро¬ении.
Джулия почувствовала, что выпитая сангрия готова выплеснуться наружу.
— Значит, она была его… любовницей?
Пол придвинул свой стул поближе, чтобы их разговор не достиг ушей профессора Лиминг. Впрочем, вряд ли Джен¬нифер что-то услышала бы. На сцене танцовщица исполняла фламенко. Гитарист аккомпанировал ей на пределе гром¬кости.
Сейчас расскажу, — пообещал Пол. — А пока рекомен- дую попробовать испанские деликатесы. Ты смотри, сколько
здесь сыров. Хочешь попробовать того, с синими прожилка ми? Это кабралес.
Джулия кивнула и даже для вида принялась жевать лом тик сыра.
— Уж не знаю, чем она захомутала нашего профа. Там же сплошное садомазо, плюс женское доминирование. Как го ворят, на большого любителя.
Джулия хлопала глазами, отказываясь верить.
— Ты смотрела «Криминальное чтиво»? — спросил Поп
— Не люблю фильмы Квентина Тарантино. Мрачный
он, — призналась Джулия.
— Словом, Энн считает средневековые пытки… сильным сексуальным стимулом.
— Ты-то откуда знаешь?
— Это знает каждый, кто зайдет на ее сайт. Она и не скрывает своих пристрастий. Средневековые пытки — тема ее исследований. У нее куча публикаций. Кстати, считается признанным специалистом в этой области.
Джулия с трудом проглотила сыр.
— Ты хочешь сказать, что Эмерсон…
— Видно, у них обоих не все в порядке между ног. Знаешь, с некоторых пор я стал думать, что в Эмерсоне живут два человека. Один — первоклассный исследователь, с которым интересно работать. А второй — Эмерсон в его частной жизни Вот об этом Эмерсоне я стараюсь не думать. По-моему, уж если двое улеглись в постель, то у них все должно происходить нежно и ласково… А эти взаимные истязания… такого не понимаю. — Пол оглядел гостей. Почти все были заняты разговорами. Кто-то следил за танцовщицей. — Никак не могу понять: почему чем человек утонченнее, тем извращеннее? По-моему, если у двоих дошло до секса, они должны относиться друг к другу бережно и уважительно. Зачем делать друг другу больно? Даже если у кого-то из двоих мозги поверну!