Выбрать главу

Чаши весов, однако. Неудивительно, что перевесила та, которая содержала менее жуткую угрозу. Особенно после беседы со мной — таким же по факту человеком. оказавшимся в этом мире. только вот в другой ипостаси, с другими, но не полностью антагонистичными представлениями о жизни и её многочисленных гранях. Итог, как говорится. налицо. Илладриэль получила не просто свободу, но и обещание поддержки, да и отправилась не одна, а с десятком преданных ей эльфов. Тех, которые поклялись ей в моём присутствии именем Великой Матери, главной эльфийской богини, что пойдут до конца в желании устранить самую, пожалуй, опасную угрозу самому Вечному Лесу, в сравнении с которой даже демоны из самого что ни на есть Инферно покажутся мелкими неприятностями.

Вот по дороге к землям Парящего Журавля отряд эльфийской пока ещё княжны и встретил орду инсектов, двигающихся во вполне себе конкретном направлении. Найти эльфа в лесу и даже просто его заметить, если не озабочен конкретным поиском? Не смешите, право слово. Тем более эти… насекомыши, к творческому поиску в принципе не свойственные, первым и единственным делом озабоченные выполнением конкретного полученного ими приказа.

Мой контакт у Илладриэли, само собой, имелся. Вот я и получил сообщение вкупе с подробным описанием того, сколько этих врагов, какие они именно и с какой примерно скоростью топают в моём направлении. Что тут сказать? Реально помогло. Вот он, первый результат сотрудничества с эльфийкой. Вынужденного, навязанного ей изначально, но сумевшего таки найти потайной ключ одновременно к разуму и душе этой странной уже не совсем японской девицы.

Действия были очевидны. Оттянуть в замок всех тех, кто был вне пригодных к обороне мест — собственно, кроме форта Перистые облака, где за главных находились принявший Бездну Воислав и Бастида, ещё одна впечатляющих статей суккуба — выждать втягивания врага на территорию собственно домена и… действовать в зависимости от того, что тот предпримет. Имелись разные варианты, более десятка, однако инсекты порадовали тем самым своим тупым зерг-рашем. Поначалу даже возникло впечатление, будто их послали с целью тупо «убиться ап стену». Ан нет, не так всё было и глупо, как можно было подумать изначально. Наверняка посылали не просто так, а с целью помочь ныне дохлому эмиссару Единения в домене, Сайдэру Моэну, равно как и той, кто был их одураченной союзницей, то есть Илладриэли. К тому же, используя глаза призывов, я видел, что сперва немалая часть этой насекомой оравы вильнула было к малому гнездилищу, мной ранее захваченному. Вильнула, и увидев, что там никого из их хитиновой пакости нет, вернулась к основной части. И вот через малое время они, почти не обращая внимания на хорошо укреплённый форт, оказались под стенами главной цитадели домена, уже полностью перестроенной под демонический вариант и с о-очень солидным гарнизоном внутри.

Могли ли они действительно победить вот этими вот пригнанными силами? Сотен пять с лишком бегунцов, ралисков под полторы сотни, почти сотня праймисков, четыре десятка скарабеев. Это твари уже известные, с которыми приходилось сталкиваться. Остальные же до недавнего времени были знакомы лишь в теории, хотя изучал их тщательно, со всем возможным вниманием.

Меганевры, эта по сути авиация, представляющая собой больших размеров стрекозу: быструю лёгкую… относительно, а ещё неплохо для летуна бронированную. Из неприятных особенностей — способность смотреть сквозь большую часть иллюзий, а вот с атакой так себе, обычное сближение и попытка рассечь острыми передними лапами. Как и праймиск, меганевр мог мутировать в младшего синапса, но лишь по настоятельной необходимости. Два десятка и вот хоть тресни, а учитывать сию стрекочущую крыльями пакость следовало.

С десяток ликторов. Единственные, помимо старших синапсов, полноценные маги у тараканов. Основа — Разум, но и школа Материи присутствовала. с сильнейшим перекосом в стихию земли. Неудивительно, учитывая склонность инсектов зарываться в неё, строя свои города-ульи, да и выкапывать из недр всё мало-мальски ценное. Пускай и самым варварским образом, оставляя после себя полное непотребие вперемежку с кислотными отходами.