— Скорее, — Егор оглядывался испуганно. — Скорее давай… Они уже близко…
— Не мешай.
Плеер упорствовал. Ладно, возьмём целиком.
Сунул аппарат в пакет, завязал узлом. С собой брать нельзя, лучше…
Егор дышал. Громко и нервно, очень уж ему не хотелось попасть ещё раз к китайцам, крови было жалко, всю ведь откачают.
Проверил двустволку. Все в порядке. Бронебой, картечь. Надоели мне что-то китайцы.
Опять грохнуло. И тряхануло.
— Ещё растяжка? — спросил Егор. — Ты две поставил?
— Одну. Опять, наверное, на крышу садятся. Иди к баррикаде.
— Что?
— К перегородке. Сядь на пол у стены и жди. Не дергайся.
— А ты?..
— Живо!
Егор послушно вышел из монтажной. Я остался один. Времени мало. Китайцы же…
Ладно, с китайцами разберемся. Теперь главное. Собрал кассеты, ссыпал их в полиэтиленовый мешок. Хотелось сказать что-то, а просто плюнул. Убрал кассеты в рюкзак. Порядок. Ещё кое-что надо сделать, две минуты, куда бы…
— Дэв! — позвал Егор. — Давай скорее!
— Сейчас! Иду.
Егор сидел на полу, у стены, как я и велел. Начинает мне нравиться. Жизнь учит человека лучше любого наставника.
Железная переборка. Цела. Под потолком с уютным жужжанием горела лампочка, старомодная, похожая на вытянутое яйцо.
— Слушай дальше, — прошептал я. — Сейчас мы пролезем в ход…
— А если они там?
— Конечно же, они там. Они там. И ждут. Мы их убьем. Потом вернемся за Алисой. Понял?
— Да.
— Тогда начинаем.
Я достал гранату, выдрал кольцо, швырнул в дыру. Граната запрыгала по полу. Егор вжался в пол, рвануло. Крепкая баррикада, не рассыпалась, хорошо строили бродяги.
— Теперь вперёд!
Я сунулся первым. Выдохнул, втянул живот, пролез, прижался к стене. Через секунду протиснулся Егор, сунулся ко мне, я оттолкнул его на противоположную сторону, приказал:
— К левой стене. Я возле правой, ты возле левой. Идём на ощупь.
— Хорошо…
Карбидку зажигать не стал, в коридоре она не очень поможет, а китайцы, напротив, заметят нас издалека.
— Кассету не забыл? — спросил Егор.
— Взял, не волнуйся. Вдоль. Пошёл медленно, я прикрою.
— Как ты прикроешь, ничего не видно же…
— На слух. Пошёл.
— Темно, — прошептал Егор. — Я шагаю вдоль…
Свет. Он зажёгся разом, во всем коридоре. Яркий, ударил мне в лицо, по глазам полыхнуло, я ослеп.
Закрыл глаза, так мозг быстрее привыкнет. Почти сразу почувствовал. Китайцы. Вокруг. Сразу, много. Что-то звякнуло, Егор закричал:
— Я ослеп! Они здесь…
Его оборвали, но я услышал все, что мне было нужно. Я выстрелил. Левее, чем Егор. Не знаю, попал или нет, наверное, попал, я ведь не промахиваюсь.
Ещё выстрел. И ещё.
Китайцы не стреляли в ответ. Почему-то. Не собирался разбираться, это их, китайское дело. Я стрелял. Бронебойными. Картечь в ход не пускал, чтобы не поранить Егора, — он иногда мычал, я представлял его расположение.
Огонь. Огонь! Получите!
Оружие — твой единственный надежный друг. Потом бронебойные кончились, я отбросил двустволку и выхватил топор.
Отступать. Укрыться в монтажной с ней. Спрятаться под ванну. Алиса! Разбудить Алису!
Я размахивал перед собой топором, стараясь прослушать, как они ко мне подбираются. Но они вроде как и не подбирались. В коридоре остро пахло горелым, воздух колыхался, но шагов слышно не было, и китайцев я тоже больше не ощущал.
Я заорал, рванул назад, ударился о железо, разбил лицо. Пробрался через проход, на четвереньках, как жалкое робкое насекомое, дополз до двери в монтажную, нащупал ручку, перевалился за порог, задвинул засов. Все.
Попробовал подняться на ноги, тут же стукнулся обо что-то острое, снова упал, снова пополз. На коленях, на коленях полезно, гордыню смиряет, хотя её во мне и так почти не осталось, точно насекомое, таракан.
— Алиса!
Алиса не отозвалась.
Продолжала спать.
— Егор!
И он промолчал. Попался скорее всего…
Я прекрасно помнил, как выглядела монтажная изнутри, но сейчас, ослепнув, я растерялся. Шарахался от стены к стене, натыкаясь на предметы, которые вдруг все сделались квадратными и острыми, несколько раз падал, звал Алису, сбился окончательно. Отполз к стеллажам, прислонился спиной, замер. Звуки исчезли. В коридоре было тихо, и вокруг тихо, тишина расплывалась, я испугался, что оглох, и, чтобы убедиться в обратном, щелкнул пальцами. Не оглох. Наверное, это мозг выкрутасит, отключились глаза, теперь кажется, что и слух. Или это специальная граната, слепоглушащая, раньше такие делали, кажется. Чтобы насмерть не убивали, лишали зрения и слуха. Если так, то моя слепота ненадолго.