Шоколадки.
Много. Начиная с пола и под потолок почти.
У меня чуть голова от радости не раскололась, шоколадки — это главная еда. А что самое-самое — лёгкая и быстрая. Две шоколадки сжуешь, и можно весь день бегать. Найдём рюкзаки, набьем ими…
Хотя надо сначала попробовать. Шоколадки редко портятся, в них вещества есть, которые препятствуют порче, но всё может быть в наше время, надо осторожничать на каждом углу…
— Это, дичары, шоколадки нашлись, — сказал я бодро. — Можно есть. Очень вкусно.
Я взял с полки шоколадку, разорвал упаковку, откусил. Сладко.
Я не удержался. Опрокинул полку, шоколадки раскатились, я опустился в них и стал есть.
Дичата смотрели на меня удивленно, потом я вскрыл несколько упаковок и кинул им, они попробовали. Рыжий попробовал первым. И издал звук. Даже вроде как почти осмысленный.
И Волк. Волк выбрался из своей корзинки и откусил…
И не мог остановиться. Я не мог остановиться: ел, ел, ел, одну за одной, пока не почувствовал усталость. Я поднялся и тут же сел обратно. Ноги не держали. Я хотел забраться куда-нибудь, но не успел. Уснул. Слишком много сладкого, перебор энергии.
Мне приснился странный сон. Мать. Моя. Я никогда не видел свою мать, ни во сне, ни тем более наяву. Нет, наяву я её видел когда-то, когда был совсем маленьким и ничего не соображал. Но, конечно, не запомнил. А теперь вот, ну когда я встретился…
Все это ерунда. Моя мать — дикая. Хромой добыл меня, когда я только научился есть. Как это было, я не знаю. Скорее всего, он меня просто украл. Хотя, может, было по-другому. Вполне могло случиться, что Хромой убил их. И моего отца, и мою мать, и моих братишек, и сестричек. Они ведь были дикими.
Их убил, а меня забрал. Как когда-то Крючок забрал его, маленького Хромого. Ну и все те, кто был до меня, они тоже забирали детей от диких. Так уж повелось. Потому что если не забрать ребенка от диких, он тоже вырастет диким. А если все будут такими, то человеческая линия оборвется, и, когда прилетят люди, им не с кем будет поговорить.
Мне снилась моя мать. Она сначала стояла в стороне, потом приблизилась и стала дышать. Я не видел её лица, а потом мне вдруг стало больно. Я не понял где точно, но болело сильно, я проснулся.
Странно, но боли никакой, я ощупал себя, во всем теле спокойно, эта была боль, какая случается только во сне, ненастоящая.
Уснуть после этого я уже не мог и поэтому решил пройтись, погулять по магазину, может, ещё чего полезного найду. Дичата спали, прижавшись друг к другу, Волк не спал, я достал его из корзинки и взял в свою компанию, скучно ведь одному бродить.
Волк не спал, я сунул его под мышку, в руку взял на всякий случай топорик и отправился в экспедицию. Обследовать второй этаж дальше. Почти сразу нашёл одежду. Много и хорошей. Куртку нашёл из крепкого материала, с карманами и молниями, решил, что оденусь потом.
Книжек нашёл, но все съеденные, одни корочки остались. Ещё разных незнакомых вещей, железные палки с кругляками на концах, кожаные мешки, из которых сыпался чёрный прах, велосипеды, я их узнал, железные лестницы… Всего было так много, что я даже заблудился. А вышел прямо к лестнице, только не к простой, а к механической, у которой ступеньки бегут, а ты стоишь, я про такие читал.
Так она блестела эта лестница, что захотелось мне по ней спуститься. Я и спустился. Ничем особенным эта лестница не отличалась, ходить по ней совсем как по другим.
Я опять попал в шоколадный отдел, оказывается, здесь шоколадки не только на втором этаже, но и на первом. Правда, тут они были другого сорта — такие плоские и квадратиками, твердые, как дерево. Нет, всё-таки люди были очень умными — придумали заделывать шоколад в такие тонкие металлические оболочки, в таких он, наверное, тысячу лет может храниться. И носить удобно, везде пристраивается, хоть в кармане, хоть за поясом.
Вообще такие квадратичные шоколадки редко встречаются, это ещё большая удача, чем простая шоколадка. Я взял с полки самую-самую, разорвал упаковку и стал грызть. С шоколадом надо всегда осторожно — зубы можно поломать легко, я уже говорил. Поэтому надо сначала как следует расслюнявить квадратики, а потом уже жевать. Ну, я и стал расслюнявливать. Шагал вдоль рядов, ничего не брал — некуда, просто изучал богатство, наслаждался этим чувством, жевал, квадратичный шоколад — самый вкусный шоколад…
Надо будет привести сюда дичат. Найти рюкзаков, набрать шоколадок…
Шоколадная полка закончилась.
Я завернул за угол и наткнулся на тварь.
Она стояла возле полки и разглядывала шоколадку. Точно такую же, какую жевал я. Ещё я успел заметить книгу, тварь держала её в другой руке, на обложке был нарисован синий слонёнок и ещё какие-то мелкие зверушки. Слонёнок почему-то сидел на дереве, в гнезде, совсем как большая птица. А зверушки стояли вокруг и, кажется, смеялись. А под мышкой у твари была синяя рыба. А на шее — оружие, чем-то похоже на огнестрел.