Общими усилиями затащили в открытый кузов «уазика». Александр Петрович пытался снова нормально дышать — получалось не слишком, студенты вроде бы тоже участвовали в процессе перемещения тяжести, но их молодых сил хватило, чтобы, вспомнив и проклятие фараонов, и ящик Пандоры, тут же попытаться разобраться, где у ковчега заканчиваются стенки и начинается крышка. Абдулла уже и универсальный открыватель нужного притащил — лом обыкновенный.
Профессор попытался остановить студентов, но сквозь противогаз, да ещё и со сбитым дыханием — никакого эффекта, руками маши не маши, бесполезно. Не на профессора сейчас студенты смотрели.
Зато именно за Александром Петровичем Кухаруком сейчас наблюдал Шамиль. А Руслан выполнял команды брата.
— Огонь! — И пуля классического калибра 7,62 прошила противогаз и со скоростью около семисот метров в секунду добралась до головного мозга археолога. Руслан подстраховался, ещё одна пуля вошла через профессорскую носоглотку, чтобы наверняка.
Кухарук, уже мертвый, все ещё стоял, опираясь о кузов машины, когда Руслан перевел прицел на студента, склонявшегося над ковчегом. Снайпер промахнулся, пуля попала в артефакт, а от него, словно ковчег был сработан из оружейной стали, отрикошетила в голову Кирилла. А Руслан уже снова стрелял.
Второй студент успел удивиться. Водителю, который какого-то непонятного со скоростью напуганной ящерицы юркнул под грузовичок. Следующая пуля вошла в затылок пятикурсника. Потом ещё одна. Шесть пуль — все штатно.
Соотношение пуль и трупов было правильным. С ковчегом обозначилась проблема: рикошет рикошетом, но после попадания пули в артефакте появилась трещина, увидеть, только если хорошо знать, где именно искать. И всё-таки целостность ковчега была нарушена.
Шамиль решил, что и ему пора развлечься. Выстрелил в воздух из своего АК, чтобы водитель не тормозил. Абдулла все понял. Абдулла засуетился. Деньги были обещаны немалые. Загрузить три столичных трупа было нетрудно, «уазик» завелся, будто и не простоял неделю без дела. Леонид Михалыч проехал порядка километра, прежде чем позволил себе снять ОЗК, закинуть всю эту резину в кузов и уже в цивильном двинуться на место встречи. Новая машина. Свой дом. Не здесь. Новые зубы из керамики. Водитель улыбался, он не держал зла на археологов. И даже на то, что они называли его Абдуллой. В конце концов — деньги покроют и это.
Через пятнадцать минут он был на месте встречи. Место нехорошее, из тех поворотов на горных дорогах Крыма, у которых всегда есть неофициальное оптимистичное название, типа «У чёрной скалы» или «Поворот мертвеца». Кажущееся нейтральным название этого поворота — «Каменюка» — было нейтральным только для тех, кто не в курсе. Метрах в пяти ниже по склону из горы выступала каменюка причудливой формы. Именно на ней заканчивался полет с трассы машин — и больших, и маленьких. С гарантированным исходом.
Абдулла попытался рассмотреть внизу следы очередной аварии. Ещё не высушенный до годности в гербарий венок не оставлял сомнений — что-то здесь недавно слетело в пропасть. Каменюка блестела в лучах уже садящегося солнца. Что-то ему почудилось в этом блеске, что-то такое, отчего ему захотелось, не дожидаясь клиентов, убраться отсюда. Прямо сейчас.
Заказчик рекомендовал взять братьям Байтаровым что-нибудь неприметное. Неновый микроавтобус, какой-нибудь «фольксваген» или «форд». Руслан и Шамиль предпочли новенький, совершенно не бросающийся в глаза, белый как снег джип «Infiniti QX». Правда, номера они старательно замазали грязью, что, с учетом поголовья таких джипов в Крыму — количеством от одного до двух, в случае чего, должно было сильно помочь делу.
Михалыч так увлекся разглядыванием склона, что заметил джип как раз в ту секунду, когда он остановился миллиметрах в пяти от его «уазика». Ещё немного — и полетел бы его грузовичок как раз на чертову каменюку.
Братья Байтаровы — оба за метр восемьдесят пять — смотрелись в своих одинаковых темно-синих джинсах и чёрных футболках на фоне своего джипа так, словно вот-вот должен был появиться фотограф, дабы запечатлеть. Что-нибудь для рекламной кампании джипов и Крыма: «Только на «Инфинити» все в Крыму увидите!» Фотограф не торопился, а Леонид Михалыч все никак не мог отвести взгляд от толстых резиновых перчаток на руках Руслана и Шамиля.
— Зачем перчатки? — Михалыч лихорадочно вспоминал, где его собственные остались — закинул в кузов или выбросил?
— Хоть бы поздоровался, брат… — У Руслана всегда это получалось хорошо — так сказать, так посмотреть, чтобы собеседник прочувствовал: вот неправ я на все сто. — Все нормально?