— Болтается он…
— Руки подними. Чувствуешь сбоку выступы? Нажми на оба одновременно.
Коротко вжикнуло, и мягкий, удобный подбородник ткнулся Еноту в лицо. Шлем разом прижался к голове, садясь как влитой. Голос Кувалды стал намного глуше:
— Теперь скажи, внятно только, «звук»…
Он сказал… И мир сразу стал слышим, даже сильнее, чем обычно. В уши ворвались звуки, которые остаются где-то в стороне: треск остывающих двигателей, шелест травы, такой четкий и различимый, позвякивание карабина на амуниции, тихий разговор Мерлина и того парня в лохматом костюме, Виннету.
— О, прочувствовал никак? — бас Кувалды теперь был вокруг, обтекая Енота со всех сторон. — Теперь — «боевой режим». Сказал? Нормально, сейчас звук начнёт фильтроваться.
— А как это?
— Да вот так, — сбоку возник Ган. — Это, брат, наследство от наших далеких предков. Цени возможность и используй. Подробно я тебе потом расскажу, сейчас Кувалда инструктаж проведет, и нормально. Видно плохо?
— Не то слово. — Еноту даже стало немного обидно от того, что так прекрасно слышно, но ни хрена практически не видно. Небо закрыли тучи, так что не было даже света от луны и звезд. А ведь здесь, в степи, в хорошую погоду видно и ночью.
— «Ночной режим», Енот, и все… — Бородач кивнул головой.
— Ночной режим.
Щелчок, и сверху на лицо опустилась широкая непрозрачная полоса. Через мгновение шлем озарился изнутри зеленоватым светом, а перед глазами Енота проступил четкий и ухмыляющийся Кувалда. Парень осмотрелся, привыкая к ночному видению.
Вот на кургане волнуются ветви одинокого карагача. Возле машин стоят Мерлин, Виннету и одна из девушек с винтовками. Румпель о чем-то шепчется с высунувшимся из люка мрачным громилой Дизелем. И все четко, как на ладони, в легкой зеленоватой дымке, которая ничуть не мешала.
«Ни хрена себе у них снаряжение…» — Еноту чуть не присвистнул от восторга. Но тут возле ушей что-то хрипнуло, и голос Мерлина коротко приказал собраться у головной машины. Пока Енот и остальные подходили поближе, рядом с Мерлином и лохматым Виннету соткался в воздухе полный двойник последнего. Момент, когда он появился из пустоты, молодой стражник проморгал.
— Отряд, слушаем внимательно. Парни из нашей разведки сейчас там, возле фермы. Банда на самом деле немаленькая, голов пятьдесят-шестьдесят. Техника отсутствует, зато в наличии имеется гужевой транспорт в виде клеток на колесах и фургонов, а также лошади и, самое поганое, их волкособаки. Вооружение у банды хорошее, около десяти-пятнадцати уродов с огнестрельным. Остальные как обычно — со всякой хренью, включая луки. На данный момент степняки расслабились настолько, что выставлено всего два дозора, с севера и юга. Их на себя берут девушки. Поняли, красавицы?
Красавицы согласно кивнули.
— Снимаем дозорных, затем обе машины должны встать у курганов, на которых эти дозорные сейчас находятся. Банда развлекается, жрёт самогон — это нам на руку. Броневики поднимаются на курганы, разведка и наша восьмерка заходят с востока и запада. Девушки, после того как снимете уродов, займите позиции так, чтобы держать сектора отхода, которые мы не сможем контролировать. Румпель, Кувалда, возьмете Енота и засядете на юго-востоке, ориентир — небольшой холм, там сейчас как раз ребята Виннету. Откроете огонь вместе с броневиками, устроим паскудам артподготовку. Вопросы есть? Тогда по местам, ребята, и работаем.
Первыми в темноту ушли красавицы с винтовками и один из разведчиков. Чуть позже, разделившись на четверки, за ними двинулась группа Мерлина. Механики машин завели двигатели, сейчас тихо мурлыкавшие на холостых оборотах.
— Двинули, что ли, Кувалда? — Румпель повернулся к напарнику, потом к разведчику, дожидавшемуся их. — Веди нас, великий вождь краснокожих.
Тот хмыкнул, но ничего не сказал, и плавно двинулся вперёд. Енот, предупрежденный, что двигаться нужно как можно тише, старался не отставать от напарников, припустивших с неожиданной прытью.
Бежали недолго, минут семь-восемь. Красноватый отсвет на низких тучах становился все заметнее. Четко выделялись верхушки двух высоких курганов впереди, тех, про которые говорил Мерлин. Енот, который был на ферме несколько раз, прекрасно помнил, что в седловине меж ними находились постройки «Бобрового хвоста». И просто фермой называть поселение язык не поворачивался. За высоким бревенчатым частоколом находились крепкие, добротные здания. Как степняки умудрились захватить ферму, где всегда находилось не менее двух десятков мужчин, да и женщины были далеко не из робких?