Наибольшие опасения Капитана вызывали подземники, которые могли появиться ночью и внести дополнительные проблемы в царящий здесь хаос. Проход, который охранял Тундра с ребятами, немедленно заложили кирпичами и поставили там блокпост, усиленный станковым пулемётом, доставленным от администрации. Но то ли Герц сам не умел управлять тварями, то ли они вышли из-под его контроля. С шахтами у Краба не было связи. Единственная телефонная линия, проведенная туда, глухо молчала с самого начала боев. Отправить на проверку было некого: все, в ком главшахтёр был уверен, воевали на улицах.
Вот так прошли последние сутки в городе, где меньше недели назад появился отряд Капитана. И неизвестно, что было хуже — твари из подземелий или те настоящие чудовища, что выпустили их ради собственных целей.
— Да, я понял… — Ган прислушался. — Понял, Кэп, выдвигаемся.
Файри вопросительно посмотрела на него.
— Сейчас «Скаут» подойдет, садимся на броню и вперёд, в Старый город. Эти психи пошли в контратаку. Там сейчас полная жесть. Они, надо полагать, все силы бросили, все, что смогли собрать.
— Это хорошо. — Женщина улыбнулась. — Попробуем закончить разом.
— Как получится… — Оружейник поморщился. — Собираемся, ребята. Рыжий, отошел?
— Да, командир, отошел.
— Енот?
— Все хорошо, Ган, — парень поправил сползший подсумок, — готов полностью.
— Ай, молодец, брат. О, а вот и наша карета, уважаемые господа.
Над забором проплыл ствол пулемета и голова Тундры, стоявшего на броне.
— Прыгаем и поехали, живее! — Тундра выглядел помятым и не спавшим по меньшей мере сутки. Скорее всего, так и было: слишком много дыр нужно было затыкать, и людей не хватало.
Прислонив к забору садовую лестницу, они полезли наверх, сразу запрыгивая на броню «Скаута». Двигатель рыкнул, выбросив чёрный выхлоп, и машина рванулась вперёд, набирая ход. Жуку явно хотелось наподдать газку, но улицы в городе не везде подходили для маневров бронированной техники. Со стороны южных ворот и Старого города все сильнее доносился грохот ожесточенной перестрелки. Было слышно, что кроме ручного стрелкового оружия в бою участвуют представители более крупного калибра.
— Вот черти где… — Тундра поднял щиток забрала, сплюнул и матюкнулся. Очень грубо и чрезвычайно грязно, помянув всех родственников заговорщиков, их половых партнеров и всевозможные извращения. Файри отвернулась и ничего не сказала, заместитель Капитана не извинился.
— Откуда только прыти набрались? То ли к ним всё-таки подкрепление может прийти, то ли ещё чего.
— А на шахтах что, до сих пор неизвестно? — Оружейник устроился возле башни и повернулся к Тундре. — Там ведь вроде рудничной стражи до роты всегда стоит?
— Полный крандец на шахтах. Режутся и на поверхности, и в тоннелях. Стража-то в основном за администрацию встала, но и там нашлись предатели. У Краба заместитель заодно с Герцем, как оказалось, он там и верховодит. Так что у них свой холивар, ни мы на них повлиять не можем, ни они на нас. С погранцами связи нет, но на Фронтире неспокойно уже недели две, так что…
— Ясно. Они там пулеметы крупнокалиберные притащили, или это наши? — Ган внимательно прислушался к стрельбе, выделяя знакомые звуки. — Три пулемета двенадцать и семь, значит, не наши. У одного механизм подачи барахлит… Да это и не пулемёт ведь, а, Тундра?
— Зенитка, старая. Где они её откопали, понять не можем. Ничего, мы им сейчас сюрприз подкинем. Кувалда из-за Румпеля-то и так злой был, а сейчас совсем озверел. Он там несколько зарядов установил, между стеной и домами, у которых кладка слабее. Улицы там расширяются, рванет, и все, проход для «Жнецов» готов. Тогда мы их и выкурим, как муравьев.
— Серьезно… — присвистнул Ган.
— А что делать?
Броневик, ворча движком, докатил до широкого перекрестка и повернул направо, спускаясь с единственного городского подъема. Енот привстал, завидя, что южная часть, Живодерня и причалы горят. Чёрные клубы поднимались сразу в нескольких местах, четко выделяясь на синеве безоблачного небосклона. Неожиданно раздалось несколько глухих взрывов подряд. Один, два, три… Облака дыма и поднявшейся пыли вспухли грибами, не торопясь оседать.