Эвил с кислым видом подошёл к решетке, подергал замок и глубоко задумался.
— Пива? — спросил Карага из обычной вежливости.
— Нет, благодарю, — так же вежливо отозвался Эвил. — Дорого?
— А ты посмотри на него внимательнее.
— Да уж вижу. — Эвил постучал пальцем по решетке. — Больной какой-то…
— Устал.
— Он сдохнет, не успеешь ты глазом моргнуть, — с уверенностью сказал Эвил.
— Почему это? — насторожился Карага.
В хобби он понимал ровно столько, сколько любитель понимает в шахматах: знал основные принципы и ходы, но не вникал настолько, чтобы с первого взгляда разглядеть то, что разглядел Эвил.
Эвил считался профи среди любителей хобби, и к нему стоило прислушаться.
— Он долго не ел и не собирается, — пояснил Эвил, глядя на Кеннета, стоящего в углу кладовки в странной позе — его так вытянуло, что казалось, он повесился. — В полиции брал? Его явно уже загоняли до полусмерти.
— Я купил еду, — сообщил Карага, открывая холодильник. — Будет жрать как миленький. С чего ему не жрать?
Кеннет от еды напрочь отказался. Точнее, он не отреагировал на неё вовсе. Все так же стоял в углу и смотрел перед собой, и стал походить не только на повешенного, но и на утопленника, потому что весь посинел.
Карага забеспокоился. Труп в квартире — масса возни, да и потраченных денег жалко… Эвил молча слонялся по комнате и наблюдал за мучениями Караги, а Карага изо всех сил пытался заинтересовать Кеннета едой: то выкладывал тушенку на тарелку, то перекладывал в руку и просовывал её сквозь решетку.
— Я ещё здесь, — наконец напомнил Эвил.
— Погоди ты…
Эвил вздохнул.
— Попей пивка, Крэйт, — сказал он. — Так уж и быть, преподам тебе маленький урок. Удивительно, как ты умудряешься вести дела, если не имеешь ни малейшего представления об особенностях процесса.
Он отстранил Карагу, усадил его в кресло и поставил рядом бутылку пива и стакан.
— Звукоизоляция в квартире хорошая? — спросил он на всякий случай.
— Стопроцентная.
— Это хорошо.
Устроив Карагу, Эвил вернулся к решетке и сказал обычным, располагающим тоном:
— Я вытащу тебя из клетки, отрежу твою правую руку и наделаю из неё стейков, и это будет единственное, чем я буду тебя кормить, а когда они закончатся, аппетит уже разгорится, и ты будешь просить ещё.
Кеннет впервые шевельнулся. Он поднял голову и посмотрел на Эвила с детским любопытством.
— Пошли, — приказал Эвил, повернул ключ в замке и распахнул решетку.
Он распластал Кеннета на полу, коленом прижал его правую руку к спине и попросил у Караги нож.
— Эй! — сказал Карага, приподнимаясь в кресле. — Ты его сейчас изувечишь, а потом покупать раздумаешь. Куда я его тогда дену?
— В мусорный бак, — отозвался Эвил. — Неважно, калекой или нет, если выживет — заплачу.
— Никаких скидок, — проворчал Карага, протягивая Эвилу охотничий нож, подаренный ему то ли первой, то ли второй женой.
Эвил взялся за рукоятку, и Кеннет впервые подал голос: вскрикнул отчаянно.
На холодный каменный пол брызнула кровь и тут же просочилась в швы покрытия. Лицо у Эвила стало белое, совершенно белое, а глаза ещё больше потемнели. Казалось, он настроился на операцию по замене сердечного клапана, а на самом деле просто перерубал плечо застывшего в шоке парня, размахивая ножом почем зря.
Полетели лохмотья, брызги и мелкие тёмные капельки. Карага увидел, как длинная струйка крови вопреки всем законам физики поднимается за лезвием ножа вверх, словно пытаясь на него вскарабкаться. Потом увидел, как Кеннет утыкается лицом в пол и начинает биться о него, медленно поднимая и опуская голову.
И вдобавок зазвонил телефон. Карага посмотрел на экранчик: Юга.
— Погоди, — сказал он Эвилу и схватил его за руку, чтобы тот успокоился хотя бы на минуту. — Юга? Какого хрена ты звонишь по ночам?
Некоторое время он слушал, прикусывая губу и глядя на расплывающуюся лужу крови под ногами.
— Выхожу, — коротко бросил он, за шкирку приподнял опьяневшего, шатающегося Эвила и оттащил его от парня. — Ещё один поезд. Прибыл на вокзал на всей скорости, врезался в людей, разбил платформу…
— Как вовремя, — тяжело дыша, сказал Эвил. — Мы думаем, это работа маньяка.
— Да, — согласился Карага, роясь в куче вещей в поисках свитера. — И он приобретает почерк. Ему очень понравились поезда.
— Кали считает, что мы с тобой должны работать вместе.
Карага мог бы возмутиться, потому что сам так не считал, но он умел экономить время, поэтому только неопределенно мотнул головой и сухо приказал: