Трупы, трупы, трупы. Даже висящие трупы собак. Прямо при бегуне давний висельник, не выдержав веса собственного тела, шлепнулся на асфальт, как сырая разделанная курица. Его голова осталась висеть в петле вместе с длинным хвостом позвоночника.
«Ад, настоящий ад», — подумал Руслан.
Он выключил плеер и бежал в тишине. Постепенно он понимал, что зашел куда-то не туда. Можно было бы свернуть, чтобы уйти с ужасной улицы, но, в какой бы переулок ни заглядывал бегун, везде покачивались на ветру висельники, словно вырезанные из копировальной бумаги и изъеденные молью.
Тогда бегун перестал смотреть по сторонам, сконцентрировав своё внимание на дороге. Он установил условный угол зрения в сорок пять градусов, выше которого зарекся поднимать глаза. Совпадение это было или нет, но вскоре количество подвешенных трупов вдруг начало сокращаться. И это явилось настоящей удачей, дарящей облегчение, потому что Руслан уже и не надеялся, что висельный кошмар закончится.
Он отнял руку от носа и побежал, шумно дыша ртом.
Побежал, чтобы почти тут же наткнуться на облицованную панелями солнечных батарей модерновую стелу с надписью «Полиция». Вернее, «Пол ц я»: кому-то когда-то зачем-то понадобились две «и» из этого слова, возможно, человек приспособил их для жилища, но они абсолютно точно не упали, потому что под стелой их не было.
Рядом находилось строение, похожее на открытый ангар малых размеров, в котором недвижно в ряд расположилось пять одинаковых роботов.
Они стояли за стеклянными стенами, но на их матовых белых корпусах блестели капли воды от испарений. Они очень походили на людей, имели плечи, голову, руки, ноги, только вместо ступней у них были две компактные гусеницы, как головки электрической бритвы.
От их спин к розеткам тянулись провода. Роботы заряжались от солнечных батарей, но сейчас, по всей видимости, энергии в них осталось мало — индикаторы печально горели тусклым красным светом, истощенные пятью мощными механизмами.
Бегун сразу понял, что ему стоит опасаться этих спящих гигантов, способных, в отличие от мертвецов, проснуться в любой момент. Они имели весьма потрепанный вид — множество царапин, сколов, кое-где даже пулевых повреждений. Но самым неприятным были засохшие пятна крови на их поверхности. Даже на глянцевых чёрных овальных пластинах, имитирующих лицо.
«Полиция» — гласила надпись на спине каждого из них.
Это были роботы-полицейские, но Руслан не думал, что кровь на них — это кровь преступников. Это была кровь тех, кого роботы сочли таковыми, потому что в такое количество бандитов и убийц, скольких бегун встретил в этом городе, поверить было невозможно.
Что произошло, что сломалось в их программе? Неизвестно. Быть может, кто-то перепрограммировал их таким образом, чтобы они хватали всех подряд и вешали? Или они боролись с мародерством? Трудно сказать.
Руслан сдвинул в сторону легкую дверь, зашел в ангар и вытащил вилку одного из роботов из розетки. Рядом на стене на табло высветились иконка в знак того, что солнечная батарея полностью пуста, и надпись, гласившая, что пытаться подзарядиться от неё бессмысленно. «Пожалуйста, попробуйте повторить зарядку позже». Бегун осмотрел вилку — ничего особенного, обычное соединительное устройство, только провода слишком толстые, видимо усиленные, так как весила эта конструкция порядочно. Руслан отбросил её, повернулся и вздрогнул от неожиданности, потому что тот самый робот, которого он лишил электрической пуповины, ожил.
Поначалу внутри него что-то тихо гудело, как внутри каминной трубы в погожий вечер. Бегун подумал, что так было сначала, просто он не заметил, как вдруг на чёрной маске робота, штрих за штрихом, начал прорисовываться ярко-синий контур человеческого лица. Видимо, создатели роботов предусмотрели это для того, чтобы приблизить искусственных полицейских к людям, чтобы люди не воспринимали их только как машины. Овал лица, глаза, брови, нос и плотно сжатые губы. Стандартный набор, никаких индивидуальных черт.
Робот уставился на бегуна, а тот медленно пятился назад, хотя пути для отступления не было — за ним были только стеклянная стена да столбики с розетками для подзарядки.
Робот дернулся, и его рука начала медленно подниматься. Когда она стала параллельна земле, пять механических пальцев разомкнулись и собрались в понятном всем, вне зависимости от языка или возраста, жесте. Вот те на!