Руслан улыбнулся, вспомнив последнюю встречу с Толиком. Он распекал своего зама, Кольку Чижа. А потом начал жаловаться на него подошедшему с каким-то вопросом Руслану. Неспроста все это, неспроста. Так, глядишь, и подтянет Руслана к себе. Не зря, значит, эту дуру страшенную, дочь его, Верку, обхаживал…
У печки кто-то уже бубнил. Руслан поднял голову с подушки. Опять обычная компания. Каждый вечер у огня собирались одни и те же — поговорить, просто посидеть, ничего не делая. В компании у огня иногда казалось, что ты в безопасности.
Руслан встал и пошёл на огонек. Все равно не уснуть — слишком возбужден он был после Лизки и своих планов насчет Толика и Верки.
Уже давно, по просьбе Нинки-поварихи, Руслан нарубил из березы несколько чурбачков, заменивших стулья.
У печки сегодня сидела сама Нинка, сосед по койке Лютик, дед Тимоха, которого мучила старческая бессонница, и Мишка Пузо — здоровый детина, которого побаивался даже Руслан, особенно пьяного. Не нравилось, как Пузо на него смотрел… Кроме завсегдатаев, к огню подсела пара пацанов четырнадцати-пятнадцати лет, которых только начали брать на мужские работы. Были они ещё худосочные, мелкие, если бы не постоянная нужда в работниках, то хрен бы им, а не доппаек. Но, видно, ребята с головой — старались тереться возле мужиков, чтоб примелькаться, зарабатывать авторитет.
Руслан спихнул одного из пацанов с пенька и сел сам, придвинувшись поближе к печке.
При его появлении все примолкли. Руслан знал, что его недолюбливают, но терпят. И фиг с ними, чихать он на них на всех хотел…
— Ну что тут у вас? — спросил Руслан, не обращая внимания на устремленные на него взгляды. Он вытащил сигарету, подобрал веточку и сунул её в открытую дверку печки.
— Да вот, вспоминаем да пацанам рассказываем, как оно с Карой-то было, — первой отозвалась Нинка. Руслан давно отметил, что она выделяет его среди прочих. Наверное, понимала, что он недолго останется в рядовых работягах — рано или поздно выдвинется.
Руслан подкурил и выпустил дым в сторону огня:
— О! Это я люблю… Тимоха, ты тут главный специалист в этом деле?
— Зря смеёшься, — обиделся дед. — Сам-то в то время ещё пешком под стол ходил!
— Да ладно, пешком!.. Мне уж десять лет было. Нет, девять вроде… Блин, забыл, — ухмыльнулся Руслан.
— Да, ладно, Тимоха, не слушай его, — вступился за деда Пузо. — Давай рассказывай дальше. А то и я уже чё-т забывать всё начал. Предупреждали нас или нет?
Тимоха, все ещё сердито сопя, вытащил кисет и скрутил узловатыми грязными пальцами самокрутку. И где только газеты берет? Не иначе Нинка подбрасывает: всю бумагу ей отдавали, на растопку. Книг-то полно по домам можно найти, а вот с газетами беда — давно все попалили.
— Ну, значит, так… — начал рассказывать старик, глубоко затянувшись самокруткой. — Я тогда шофером работал, дальнобойщиком. До самого Владика доезжал, во! Ну и радио-то всё время в кабине включено. Мы с напарником ездили, да особо не поговоришь — всё время спешили, всё денег мало было… Чуть не круглые сутки баранку крутили. Один рулит, второй спит. Ну и радио, значит… Так вот, предупреждали всех, это я точно помню. Перед Первой Карой-то. Перед Второй — нет, не было. Да и некому уже было. Или мы не слушали — не до того стало…
— Предупреждали, — вмешалась Нинка. Она наклонилась и сунула в печь ещё одно полено. Резко запахло еловой смолой, и полено охватили языки пламени. — Я-то в администрации тогда работала, замом у Приходько…
Руслан удивился. Он-то думал, что Нинка так и работала поваром и до Кары.
— Что-то пытались ещё сделать, эвакуацию какую-то организовать, — продолжала Нинка. — Да куда сбежишь-то? Кругом все одно и то же.