Она сидела посередине дороги и ждала меня. Метров за двадцать до неё я вытащил пистолет — не хотелось тратить на неё заряд дробовика. Тем более я надеялся, что стрелять не придется.
Собака при моем приближении попятилась на обочину, упершись в большой валун. Я перешел на противоположную сторону дороги и снял «Грач» с предохранителя, ни на секунду не сводя глаз с собаки. Она следила за мной светящимися зелеными глазами — со стороны казалось, что она травы нажралась.
При моем приближении она глухо зарычала и напряглась всем телом. Я начал обходить её, держась все время к ней лицом. Когда миновал её и немного расслабился, решив, что и собака не хочет ввязываться в драку, она кинулась на меня.
В два прыжка сука преодолела разделяющие нас шесть метров асфальта, а третьим взвилась в воздух, намереваясь вцепиться мне в промежность. Кто её научил такому приему, я понятия не имею, но позволять такие вольности не в моих правилах.
Я крутанулся, ударив пса в воздухе, — тяжёлый носок армейского ботинка врезался в грудь за передней лапой. Собака продолжила полет, только теперь в сторону от меня и с отчаянным визгом, захлебываясь собственной слюной и хрипя — видно, я сбил ей дыхание.
Не давая псу приземлиться, я выстрелил два раза из пистолета. Пули попали в цель — одна по касательной вырвала кусок шкуры на спине у хвоста, а вторая ударила прямо в ухо, в кровоточащую и без того рану. Мгновенно наступившая тишина больно резанула по ушам. Но тут же, не давая мне и на несколько секунд почувствовать себя победителем, в лесу раздался вой стаи собак.
Выругавшись про себя, я поспешил прочь. Судя по звуку, собаки были довольно далеко и правее от дороги, в лесу. Отозвались они на выстрелы, в этом направлении и начнут преследование. Нужно убраться отсюда как можно дальше.
Охотники рассказывали, что собаки, после того как ушли в леса, странным образом разделились на породистых и дворняг. Совсем уж мелких шавок ни в первом, ни во втором виде не осталось — борьбу за выживание никто не отменял. Скорее всего, они пошли на корм более крупным собратьям. Прошло не так много времени, и в стаях породистых чаще всего верховодили овчарки и ротвейлеры. Конечно, уже начала появляться смешанная порода, которая через какое-то время вытеснит вымирающих аристократов. На стаях дворняг это никак не отражалось, разве только новые особи рождались все крупнее и крупнее.
Меня беспокоило другое. Собака, которую я только что убил, была дворнягой. А у них стаи обычно крупнее, чем у породистых. Чем больше будет особей в стае, тем шире у них фронт атаки и тем меньше у меня шансов.
Я побежал, стараясь не шуметь. Сунул «Грач» на ходу в кобуру и сдернул с плеча ремень дробовика — мне было удобнее бежать, держа его в руках. Ну и если что-то не замечу, лучше быть готовым стрелять при первом признаке опасности. Я подумал и передвинул скобу предохранителя в положение «огонь».
Мне все время казалось, что кто-то смотрит мне в спину. Я непроизвольно увеличивал и увеличивал темп бега, пока не поймал себя на мысли, что быстрее бежать уже просто не могу. Как только я это понял, тут же заставил себя снизить скорость и бежать бодрой трусцой. Ещё не хватало, чтобы в самый ответственный момент у меня дрожали руки и я не смог как следует прицелиться!
Через полчаса я услышал за спиной нарастающий, приближающийся ко мне с каждой минутой вой — меня почти догнала стая собак.
Лес вокруг начал меняться. То тут, то там, то с одной стороны, то с другой замелькали чёрные остовы сгоревших елей. Их становилось все больше, пока живых деревьев не осталось совсем.
Дорога пошла под уклон, и я побежал чуть быстрее. Судя по лаю, собаки уже почти нагнали, но у меня была ещё фора около десяти минут. Я сбежал со спуска и остановился, встав за большой, в пояс, камень. Стрелять в меня было некому, но камень ограничивал собакам высоту атаки. О том, что будет, если собаки прорвутся мне за спину, я даже думать не хотел. К тому же, если это случится, мне уже будет все равно.
План у меня был простой. Я подпущу стаю метров на тридцать-пятьдесят и начну стрелять, стараясь попасть в ближних собак. Надеюсь, бегущие следом споткнутся об убитых и случится куча-мала, примерно такая же, как у меня уже один раз получилась.
Лай, вой и рычание приближались, и вот на вершине холма появилась вся стая. Но вдруг случилось то, чего я никак не ожидал. Стая словно споткнулась о невидимую стену. Собаки скулили, делали несколько робких шагов по направлению ко мне, а потом пятились обратно, чуть не ложась животами на асфальт.
Наконец одна из них, самая большая и сильная на вид, похожая плотной рыжей шерстью с густым подшерстком на чау-чау, сделала несколько шагов вперёд. Потом ещё несколько. И ещё.