Нет, Эрнандес не мог узнать. Если бы Лидвилл послал предупреждение, в зависимости от серьезности угрозы, майор сразу бы вызвал Рут и её коллег на откровенный разговор или попытался взять спецназовцев под арест. Он не мятежник, ему нет смысла скрывать свои намерения. Но если выжидать слишком долго, из центра успеют предупредить… А если придется возвращаться, обнаружив, что лабораторию Сойера обчистили до них?..
Стоп! Хватит уже! Рут, негодуя, ещё раз сжала кулак, причиняя себе боль.
Конвой быстро проехал девятнадцать кварталов до 55-й улицы, где они снова попали в тиски пораженного столбняком потока машин. Отряд взял южнее и миновал очередной квартал, но дальше дорога стала и вовсе непроходимой. Согласно замыслу, бульдозер свернул на подъездную дорожку у дома и пробил ход в двухметровом заборе. Потом ещё в одном. Группа продвинулась на два земельных участка в сторону 54-й улицы. Один из них оказался райским двориком — плющ, кирпичная кладка, шезлонги. Второй устилал ковёр из засохшей до консистенции кукурузных хлопьев травы. Бульдозер поднял за собой тучу пыли. Тодд тут же принялся лихорадочно смахивать её с костюма и разглаживать складки на рукавах.
— Идём с опережением на восемь минут, — объявил Эрнандес. — Неплохо, господа!
В эту точку намечалось выйти через три четверти часа. Рут показалось, что прошел целый месяц.
— Как дела с запасом воздуха? — спросил Тодд.
— Ещё надолго хватит, — успокоил его майор.
— Что там мой датчик показывает? — судя по жесту Тодда, его слова предназначались Рут или сидящему прямо за его спиной Ди-Джею. Эрнандес опередил их с ответом:
— Поверьте, я не стал бы подвергать вас ненужному риску. Потерпите до лаборатории.
Рут наклонилась вперёд и положила руку в перчатке на плечо Тодда. Двадцать с лишним минут на борту, десять — на разгрузку, ещё час — пока доехали сюда… К её удивлению, индикатор даже не касался красной части шкалы.
— Осталось ещё на двенадцать минут, — сообщила она.
Продвинувшись дальше на юг по 54-й улице, отряд вновь свернул на восток. Перед ними открылся широкий бульвар Фолсом. На протяжении нескольких кварталов машины почти не попадались. На перекрестке с 64-й улицей у «джипа» лопнуло колесо. Они и так бы остановились, ожидая, когда бульдозер расчистит очередной затор.
— Проверяемся, — несколько раз скороговоркой повторил Эрнандес. — Сначала меняем баллоны тем, у кого воздуха меньше.
Два бойца спецназа осторожно, чтобы не порвать костюмы, с помощью домкрата принялись устанавливать запаску. Капитан Янг и ещё двое начали менять баллоны — первым делом Сойеру, за ним — сержанту Лоури, потом Тодду. В одиночку с такой задачей никто бы не справился. Сперва необходимо было перекрыть шланг, оставив для дыхания лишь наполнявший костюм воздух. Баллоны удерживали вместе обычные скобы на винтах. Комплекты легко снимались и надевались, но задачу усложняла угроза заражения. К насосу компрессора крепился прикрывающий шланг и вентили полужесткий пластмассовый колпак, плотно заклеенный изолентой. Участок низкого давления внутри колпака уничтожал проникшие под него частицы «аркоса», позволяя капитану сначала открыть подачу воздуха в костюм и только потом из баллона в шланг.
Воздуха внутри костюма хватало на четверть часа, но Рут непроизвольно сжимала кулак всякий раз, когда солдаты брались за новый баллон, несмотря на то, что вся операция отнимала не более двух минут. Она была четвертой в очереди. Рут пришлось сделать над собой усилие, чтобы не показать охватившего её ужаса. Она отвела взгляд от мужчин и уставилась на оранжевый осколок габаритного фонаря под ногами.
Колесо заменили раньше, чем Янг успел надеть на женщину новый комплект баллонов. Тем временем бульдозер расчистил бульвар Фолсом до 68-й улицы. Эрнандес отдал команду, и конвой проехал ещё три квартала среди мертвых остовов машин.
Эстакада № 50 возвышалась на юге непреодолимой стеной, прочерчивая ложный горизонт в промежутках между зданиями. Так близко от цели… Увы, самолёт не мог на неё сесть.
В двухстах метрах от 68-й улицы бульдозер проложил дорожку к узкой стоянке с одним-единственным автомобилем — красным «фольксвагеном-жуком». Дэнсфилд задвинул каркас машины в кусты и поставил бульдозер рядом, освобождая проезд для конвоя. За стоянкой возвышалась двухэтажная постройка в форме буквы «Г». Фасад от земли до крыши был выложен серым кирпичом, окна — светоотражающим серебристым покрытием.
Лаборатория, в которой создавался «аркос», размещалась в ближнем крыле.