— Тогда вице-президент — настоящий президент.
— Послушай, пацан, тут все до предела запутано, ясно?
«Ему просто необходимо знать, что он на правильной стороне», — подумал Кэм.
От лагеря их отделяло уже не больше четырехсот метров, и надо было предупредить Рут, чтобы она не сбежала. Приложив руки в перчатках ко рту, он прокричал:
— Рут! Рут, с нами все в порядке!
Ответа не последовало. Кэм почти запаниковал, но сосны с белой корой перешептывались на ветру — звук напоминал отдаленный шум прибоя, — и до их стоянки было ещё довольно далеко. Может, Рут не узнала его голос.
— Рут! Эй!
— Там, — вмешался Брэндон.
Рут взбежала вверх по склону, заваленному буреломом. Сейчас женщина стояла в путанице ветвей, со свежей красной царапиной на щеке, и тяжело дышала. В здоровой руке она держала пистолет, и Кэм улыбнулся, довольный её предусмотрительностью.
— Все в порядке! — крикнул он.
— С тобой все нормально? — отозвалась Рут.
Ожидание далось ей тяжело. Кэм понимал это, но стоило ему преодолеть разделявшие их двадцать метров, как его настроение резко изменилось. Рут сдвинула очки на лоб, и юноша увидел в её глазах нечто гораздо большее, чем облегчение. Прошлой ночью темнота помогла ей спрятать чувства. А сейчас во взгляде Рут светилась искренняя симпатия, даже привязанность. Кэм похолодел, потому что не понимал, как ответить на это. Он знал, что прикосновение его изуродованных, беспалых рук покажется ей отвратительным.
Взгляд ученой скользнул по мальчишкам и обратился к Ньюкаму, однако её улыбка и слезы предназначались именно Кэму.
— Мне было страшно, — без всякого смущения призналась Рут.
Сучки и сосновые иголки затрещали под её ботинками.
— Вас не было так долго, много часов…
Кэм попятился, избегая её объятий. Её пальцы коснулись затылка Кэма, а затем, когда он развернулся, соскользнули на плечо. Его собственная рука мимолетно коснулась талии Рут. И все. Затем он кивнул на подростков и сказал:
— Нам повезло. Эти ребята просто круты.
Лицо Рут исказилось от изумления, а нижняя губа отвисла — это придало женщине туповатый вид, вообще-то, совсем ей не свойственный.
— Кэм, — проговорила она, снова потянувшись к нему.
Она явно приняла решение. Открылась для него — и все же он должен был ответить отказом.
— Надо забрать рюкзаки. Пошли.
— Кэм, постой.
— У нас уйдет много времени на обратную дорогу, а пообедать мы сможем там, — ответил юноша, отходя от неё.
Четверо парнишек чуть посторонились, обменявшись взглядами, но когда Кэм проходил мимо, Ди Мак выступил вперёд.
— Мисс, — сказал он, не обращая внимания на то обстоятельство, что Рут почти на двадцать лет старше. — Я Ди Мак. То есть Даррен.
Мальчишка покраснел и попытался скрыть это ухмылкой.
— Спасибо, — продолжил он. — Большое вам спасибо.
— Да.
Рут пожала руку мальчишке, но Кэм чувствовал спиной её взгляд.
Они ничего не рассказали о Рут и её базе данных. Беглецы и без того достаточно рисковали, и следовало учесть, что слухи распространятся вместе с вакциной. Им не хотелось, чтобы кто-то ещё открыл на них охоту, независимо от причины.
Ветер продолжал крепчать к закату. Завывающий и холодный, он скреб гору. Волчья стая не жаловалась. Мальчишки закутались во всю имевшуюся одежду. Саманта по-прежнему выделялась в своей желтой куртке. Затем они расселись под прикрытием каменных стен, прижимаясь друг к другу, чтобы было теплее. Кэм нашёл себе местечко между Брэндоном и Майком, оставив Рут с Эдом, Ди Маком, Хироки и Ньюкамом. Расстояние между маленькими группками почти не чувствовалось. Лагерь занимал от силы десяток квадратных метров между каменными валами. Кэм видел, как Рут снова и снова поглядывает на него.
Они закатили небольшую вечеринку — жаркий костер и экзотические припасы из рюкзаков Кэма и Ньюкама. Ветчина с пряностями. Консервированные груши. Пламя плясало на ветру, разбрасывая искры и угольки, но Эд позволил парням тратить сколько угодно дров. «На завтрак останется совсем мало», — заметил Алекс, на что Эд ответил: «Ну и ладно. Соберем ещё».
Мальчишки так завопили при виде первой консервной банки, словно в жизни не видели ничего подобного, однако каждый старался не слишком распускать руки, вытаскивая куски ветчины. Они передавали консервы по кругу, чтобы досталось каждому, — пускай Майку с Кевином и пришлось вылизывать банки изнутри. То же самое было с грушами, с крекерами, с шоколадом. Даже сейчас, когда на них свалилось неожиданное богатство, они не утратили благоразумия. Они были командой. Несмотря на паршивое настроение, Кэм радовался за них. Он чувствовал одновременно гордость и зависть.