Сорок минут спустя майор отменил боевую тревогу, а заодно отозвал двух часовых и сам занял их место. Он мог оставить их на посту, но это была дерьмовая работенка, лишавшая горячего кофе и еды. Прерогатива лидера.
Эрнандес вскарабкался на каменную седловину, венчавшую гору. Он прихватил бинокль и переговорное устройство, надеясь понять, что происходит, по движению в долине вокруг Лидвилла. Вместо этого что-то двигалось далеко на востоке — транспортник в сопровождении единственного истребителя.
С такого расстояния даже более крупный C-17 казался всего лишь точкой, однако майор узнал его по очертаниям корпуса и скорости.
«Наверняка один из наших», — подумал он, потому что навстречу не вылетело звено истребителей. И все же появление транспортника было неожиданным. Самолеты никогда не возникали со стороны равнин Среднего Запада, потому что там не осталось ничего живого.
Нажав на кнопку передачи, майор сказал: «Маккей, свяжись с центром и попроси указаний. Я вижу С-17 и F-35, приближающиеся с востока. Скажи им, что мы ждем в полной боевой готовности. Запроси разрешение открыть огонь».
Рация протрещала: «Есть, сэр».
Вообще-то, у Эрнандеса не было ни малейшего шанса сбить самолеты. По его прикидке, до них было километров сорок, хотя если самолеты продолжат путь к Лидвиллу, расстояние могло сократиться до тридцати. Даже если он задействует ракетную установку, максимальная дальность поражения ракет «Стингер» класса «земля-воздух» — пять километров.
И все же он знал, что запрос на открытие огня не останется без ответа.
Ответ пришёл меньше чем через минуту. Рация снова зашипела и проговорила голосом Маккей: «Не стрелять. Не стрелять. Командование сообщило, что это эмиссар русских, сэр. Он на нашей стороне. Похоже, у них были какие-то неприятности с мятежниками над Средним Западом, поэтому наши самолеты вылетели им навстречу».
«Хорошо. Спасибо».
Значит, другие истребители формировали защитную линию дальше к северу. На мгновение Эрнандес посочувствовал пилотам. Если их подстрелят, катапультироваться будет некуда. Даже когда все шло нормально, они плясали на канате над смертоносным, безжизненным миром. В кои-то веки он был рад тому, что сидит на этой горе.
Два самолёта прошли над Скалистыми Горами. С-17 начал заходить на посадку, в то время как сопровождавший его истребитель умчался вперёд. Отсюда Эрнандес не мог разглядеть болотистую равнину к северу от Лидвилла, но он повидал достаточно, чтобы знать: длинное шоссе превратилась в одну из главных посадочных полос для местных ВВС. Похоже, командование Лидвилла направляло С-17 туда, вместо того чтобы использовать короткую полосу окружного аэропорта к югу от города.
Внезапно транспортник резко потерял высоту, и Эрнандес прижался к промороженной земле. Затем самолёт снова выровнялся, как будто кто-то перехватил управление. Он неуверенно кружился, покачиваясь то вправо, то влево, как птица, только что открывшая глаза. Теперь он летел совершенно по-другому. Поглядев на сумасшедшее пике и эти новые кульбиты, Эрнандес уже не сомневался, что в кабине другой пилот, — и самым существенным доказательством было то, что курс самолёта изменился. С-17 направился к городу.
Истребитель улетел больше чем на полтора километра вперёд, но сейчас заложил длинную петлю На большой высоте, стараясь развернуться и перехватить более габаритный и медлительный самолёт. Слишком поздно.
Эрнандес замер на секунду, сжимая в пальцах бинокль. Они что, решились на атаку в стиле 11 сентября? Тяжёлый транспортник мог стереть с лица земли несколько центральных кварталов, но откуда русским знать, что это на что-то повлияет? Если они не уничтожат правящую верхушку, это будет болезненный, но не смертельный удар. Если только самолёт не нагружен взрывчаткой или чем-то похуже. Каким-то нанооружием?
Холодная волна ужаса заставила его вскочить с земли. Развернувшись, он побежал, невольно оглядываясь через плечо. Взгляд майора быстро скользнул по горам и ущельям, отделявшим его от Лидвилла, а затем Фрэнк Эрнандес кинулся прочь, крича в рацию:
— В укрытие! Все в укрытие! Всем залечь и не высовываться, немедленно!
Глава 13
В центре Лидвилла Николай Уланов вышел из «Шевроле Сабурбан», и его сразу захлестнул грохот турбин. Он старательно проигнорировал шум. Бывшему космонавту захотелось поднять голову и взглянуть вверх, откуда раздавался отдаленный вой реактивных двигателей, — однако, выбираясь из машины следом за сенатором Кендриксом и генералом Шредером, Уланов упрямо глядел на пешеходную дорожку. Это было несложно. Звук раздавался отовсюду, отражаясь от гор, поэтому смотреть не требовалось. Он и так знал, что приближается к городу.