Рут, дрожа, улеглась. Её предплечье обхватил чёрный матерчатый рукав, скрепленный металлическими скобами. Хирург велел снимать бандаж как можно чаще, чтобы рана дышала.
Медсестра вернулась с четверкой солдат. Кэм видел одного на посадочной полосе и немедленно ощетинился. В душе вспыхнули недоверие и негодование. Реакция явно была неуместной, и Кэм постарался принять невозмутимый вид. Им слишком легко овладевала злость.
— Вы можете помочь ей? — спросил Кэм.
— Да, сэр, — сказал командир отряда. — Мэм? Мэм, мы понесем вас, хорошо?
Кэм и Рут тоже оделись в армейские хаки, старые гимнастерки и брюки, поношенные, но чистые. Медсестре не пришлось долго подыскивать одежду их размеров. Кэм старался не думать о том, что форма досталась им от мертвецов. Ему-то было все равно, но вот солдат могло покоробить.
Когда они выходили из палатки, юноша оперся о плечо одного из военных. Рут почти висела у них на руках. Снаружи в последних лучах солнца их ждала белокурая женщина. Она стояла, воинственно задрав подбородок. Судя по густым волосам и роскошной фигуре, блондинка была в самом расцвете своих тридцати с небольшим, примерно как Рут. Красивая, но из-под белого лабораторного халата выглядывала та же военная форма, что и у остальных. Однако Кэма встревожил именно халат. Возможно, она из команды нанотехнологов Шога?
«Просто уходи», — подумал он.
Вместо этого та шагнула им навстречу. На воротнике её гимнастерки виднелись тёмные матовые нашивки. Командир отряда сказал:
— Прошу прощения, капитан.
Блондинка даже не взглянула на солдата.
— Рут? — спросила она. — Рут, Боже мой!
Её гладкая рука коснулась плеча Рут, легонько, как птица.
Кэм бросил:
— Оставьте нас в покое.
— Я её знаю, — упорствовала женщина.
Кэм оттолкнул бы её, однако Рут высвободилась из рук солдат и сделала один неуверенный шаг вперёд. Затем она улыбнулась, зарылась лицом в длинные волосы женщины и обняла её.
— Дебра, — пробормотала она.
Ветер усилился после того, как дневной свет потускнел и выцвел до оранжевого, но Рут продолжала упрямо цепляться за свою подругу — так же, как отказывалась выпускать из виду Кэма.
— Прошу вас, мэм, — сказал командир отряда.
— Почему бы вам просто не принести наш обед сюда? — спросила Рут.
Они сидела между Кэмом и Деброй на испещренной следами земле за углом госпитальной палатки. Ткань защищала их от ветра, но открывала вид на западные горы.
— Мэм, — повторил военный, но тут вмешалась Дебра.
— Просто действуйте, сержант. Пошлите одного из своих людей. Остальные как-нибудь смогут обеспечивать её безопасность пару минут.
— Мне приказали доставить её внутрь, капитан.
— Мне нравится на воздухе, — отрешенно произнесла Рут.
Кэм опасался, что она не в себе, но Дебра только повторила приказным тоном:
— Пара минут. Действуйте.
Командир отряда ткнул большим пальцем в одного из своих подчиненных, и тот отделился от группы. Мимо них проходили люди: два врача, два механика, подросток в гражданском.
— Что я могу сделать? — мягко спросила Дебра. — Ты в порядке?
— Мне холодно, — ответила Рут, по-прежнему отсутствующе глядя вдаль.
Блондинка перевела обеспокоенный взгляд с неё на Кэма, и тот впервые почувствовал, что они тоже смогут подружиться — хотя это было и странно. Если он правильно помнил, до сегодняшнего дня две женщины соперничали.
Дебра Рис, доктор медицины, исполняла обязанности врача и специалиста по системам жизнеобеспечения на борту МКС. Все космонавты совмещали две или больше функций, чтобы обеспечить работу станции, и Дебра была требовательной и жесткой. Однако самым интригующим было то, что Рут видела её последний раз в Лидвилле. Каким-то образом Дебра спаслась от взрыва, но Кэм предпочел не задавать лишних вопросов. Он молча провожал взглядом спешащих мимо людей, пока Рут, наконец, не встряхнулась и не пришла в себя.
— Деб, что ты здесь делаешь? — спросила она. — Я думала, Гранд-Лейк — база повстанцев.
— Это неважно. Ты нашла то, за чем вы отправились?
— Да. Да, мы нашли.
Рут сжала здоровой рукой колено Кэма, не глядя при этом на юношу.
Дебра заметила эта прикосновение. Она снова покосилась на него поверх плеча Рут. Кэм попытался улыбнуться.
— Нам надо разузнать побольше об этом лагере, — сказал он.
— Я расскажу все, что смогу.