Американо-канадская шпионская сеть засекла многочисленные китайские эскадрильи, поспешно пересекавшие Тихий океан, чтобы помочь русским закрепиться на отвоеванном плацдарме. Вслед им двинулись обширные морские флоты. Враги уже захватили Гавайи. Они напали на крошечную американскую базу на горе Майна-Лоа, когда после взрыва повсюду отключилось электричество. Захватчики пошли на риск, потому что военные могли отправить на большую землю сигнал тревоги, — однако эти острова были идеальной стартовой площадкой для захвата материка. Похоже, китайцы не стали долго думать. С помощью вакцины они могли одержать победу в Гималаях, одновременно помогая русским захватить технологически развитую Северную Америку: её превосходные пахотные земли, её военные базы. Новые союзники поделят все по собственному усмотрению, если Рут не сумеет их остановить. «Снежный ком», возможно, был для армии США и Канады единственным способом отвоевать Запад, если они не желали отравить собственные территории ядерными взрывами.
Рут сделала это. Она представляла, как убивает «снежный ком», но воссоздавала его с тем же слепым упорством, с каким билась попавшая в ловушку крыса. Ей даже казалось, что решение приняли без её участия. Миллионы людей нуждались в мощи нанооружия, чтобы выжить. Другим миллионам суждено было погибнуть. Эта бойня навсегда останется на её совести, но многие жизни она спасет. Привкус вины ощущался во всем, чем она занималась. Это не давало ей спать. И мешало подойти к Кэму, даже теперь, когда он был ей нужней всего.
Принцип действия «снежного кома» больше напоминал химическую реакцию, чем работу настоящего механизма. Первоначально он входил в число нескольких АНЧ, которые развивали ученые в Лидвилле: антинаночастица, предназначенная для уничтожения техночумы.
«Снежный ком», состоявший из углеродной цепи, обогащенной атомами кислорода, должен был парализовать враждебную наночастицу, связывая её молекулы в нефункциональные кластеры. Затем это зерно облепляли другие частицы «снежного кома», которые, в свою очередь, привлекали новые молекулы чумы, и так далее. Создатель технологии, Ласаль, назвал процесс «снежным комом», но ему так и не удалось придумать механизм, контролирующий или останавливающий его детище.
«Снежный ком» уничтожал любые органические соединения. Одна щепотка нанооружия способна была превратить в кисель все живые существа в радиусе сотен метров: людей, насекомых, растения, даже простейших и бактерии. К счастью, цепная реакция обрывалась почти мгновенно. Частицы «снежного кома» склеивались друг с другом, как и с чужеродными молекулами, и покрывались оболочкой из собственного углерода.
Культивировать их было невероятно сложно, поэтому в лаборатории Рут носила один из немногих защитных костюмов в Гранд-Лейк. Единственная ошибка могла убить её. Однако «снежный ком» не трогал резину или стекло.
Рут пришлось начинать с азов. База данных включала записи и информацию, похищенную из Лидвилла, но файлов Ласаля там не было. Это не имело значения. У неё была почти фотографическая память, и она помогала Ласалю в разработке всех вариантов его детища. Вообще-то, после того как президентский совет осознал истинную мощь «снежного кома», сенатор Кендрикс пытался заставить Рут перейти в группу разработки нанооружия, возглавляемую Ласалем. Сенатор считал, что в противном случае они рискуют проиграть китайцам новую гонку вооружений. В то же время Джеймс Холлистер утверждал, что азиаты отстали от американских исследователей на целые годы.
Рут уже не знала, кому верить. Новая технология, которую она прозвала «призраком», сама по себе доказывала, что над наночастицами работают другие ученые. Началась нанотехнологическая война, почти незаметная на фоне более масштабного конфликта. И Рут боялась, что американцы уже проиграли. Сотни больных в госпитальных палатках. И тысячи других, умерших от неустановленных заболеваний во время долгой зимы… Сколькими потерями они обязаны пока ещё неизвестным эффектам «призрака»?
За три дня она посвятила работе над вакциной меньше трёх часов. Все остальное время ушло на подготовку геноцида. Было невероятно сложно собрать «снежный ком» вручную, с использованием неподходящего оборудования. Первые четыре попытки закончились неудачей. Получившиеся молекулы были слишком нестабильны. В конце концов ей удалось сконструировать единственную рабочую частицу «снежного кома». Рут заключила её в стеклянный контейнер и осторожно поместила в контейнер побольше с горстью травы. Ничего другого для «разведения» частиц не требовалось. Трава расплылась киселем, и Рут внезапно оказалась обладательницей триллионов машин-убийц — хотя множество из этих новых молекул были нефункциональными или дефектными. Рут пришлось избавиться от пары сотен, прежде чем она отказалось от попыток рассортировать эту мешанину, — но в процессе ученая обнаружила ещё семь полноценных частиц. Каждая отправилась в собственную пробирку. Затем Рут выдержала с органическим материалом и эти семь, после чего разделила восемь переполненных контейнеров на сотни пробирок поменьше. Кластерные бомбы. Пятьдесят пробирок на ящик.