Кэму приходилось действовать с оглядкой. В прошлый раз, оказавшись в такой ситуации, молодой человек совершил ошибку. Когда Рут закрылась в своей лаборатории в Гранд-Лейк, он нашёл утешение в Эллисон.
— Ладно, давайте сворачиваться, — сказал Гудрич.
Он закинул за плечо два карабина. Кэм и Фоштоми поднялись вместе с ним, собирая свои М4. Закат уступал место ночи. Через тридцать минут была их очередь стоять в карауле.
Подходя с Фоштоми ко второму грузовику, Кэм не удержался и взглянул на палатку Рут. В этом хлипком сооружении жила их последняя надежда. Они не могли защитить Рут от обстрела или бомбежки, неважно, двадцать солдат тут было или пятьсот. И Кэм знал, что он самый бесполезный из них: с ничтожным опытом, оглохший на одно ухо, плюс ещё его тихая вражда с морпехами.
Если бы было куда идти, Кэм мог уйти один, лишь бы снова двигаться вперёд — так глубоко засела в нём эта потребность. Он понимал, что все дело в нервах, сомнениях и старых душевных ранах, но не знал, сможет ли когда-нибудь осесть на одном месте. Даже если Рут его примет, или Эллисон, или кто-то ещё — не придется ли ему вечно бежать от себя самого?
Свет лампы озарил ущелье.
— А вот и она, — сказала Фоштоми.
Два человека откинули полог палатки. Дебра и Рут. Морпех, оказавшийся прямо перед входом и пригвожденный желтым световым лучом, поспешно отдернул голову. Эрнандес приказал соблюдать полное затемнение.
— Эй! — крикнул кто-то.
Рут замешкалась, но фигура повыше — Дебра — опустила полог.
Кэм поставил свою канистру на землю и зашагал к ним, моргая на ходу, чтобы восстановить зрение в сумерках.
— Кэм, подожди, — окликнул Гудрич.
Юноша не остановился. Если сержант потребует объяснений, можно сказать, что он не расслышал из-за проблем с ухом.
— Где генерал Эрнандес? — спросила Дебра у солдат, собравшихся перед палаткой.
Она поддерживала Рут и говорила от её имени. Нанотехнолог стояла в неловкой позе, оберегая бедро. Дебра обнимала подругу одной рукой за талию. Кэм протиснулся мимо нескольких морпехов, чтобы подойти к Рут. Один из них говорил что-то, но Кэм уловил лишь обрывок фразы: «…аться сейчас». Тут солдат указал на него, и все замолчали. Кэма куда больше интересовало самочувствие Рут. В темноте сложно было что-то разобрать.
Рут заметила его и улыбнулась.
— Как ты? — спросила она.
Затем их разделили снова — Дебра повела Рут вперёд, сквозь группу солдат. Рут один раз оглянулась. Её волосы курчавились мягкой копной в лунном свете.
«Что ты нашла?» — подумал Кэм.
Он достаточно изучил Рут, чтобы узнать это выражение усталого удовлетворения. Хорошие новости. Наконец-то хорошие новости — значит, все их потери были не напрасны. Шагая за женщинами, Кэм улыбался от радостного предвкушения. В ущелье свистел ветер, холодный и бодрящий. Кэм чувствовал движение вокруг: другие солдаты вставали и шли следом. Большая часть отряда, состоявшего из двадцати шести рейнджеров и морпехов, сидела в стрелковых ячейках за оврагом, но остальные парами и тройками собирались вокруг Рут.
Как и грузовики, джип был замаскирован сеткой. Эрнандес спал возле машины и полевой рации. Рядом, опираясь спиной о колесо, сидел капрал морпехов с короткоствольным автоматом на коленях. Он разбудил Эрнандеса. Генерал, закашлявшись, сел. Затем его снова скрутил приступ кашля.
Дебра, отпустив Рут, встала на колени рядом с ним. Она положила руку на спину Эрнандесу. Тот с хрипом втянул воздух.
— Генерал…
— Я в порядке, — выдавил он.
Дебра осталась с ним. Врач явно пыталась послушать, как он дышит, и Кэму не понравилось видимое напряжение в её позе. Вот дерьмо. Эрнандес скрыл от них свои проблемы с легкими. Но даже если это просто насморк, а не последствия облучения, генерал был слишком болен, чтобы побороть вирус.
Эрнандес выглядел бледным и истощенным.
— Доктор Голдман, — сказал он, быстро выделив главного человека в толпе.
— Они доверяли вам, — проговорила Рут. — Доверяли больше, чем вы думали.
— Я не понимаю.
— Лидвилл, — пояснила она. — Лаборатории.
Чёрные горы на западе озарили вспышки разрывов. Грохот долетел до них секундой позже. Рут тоже упала на колени, извернувшись, чтобы не потревожить раны на левом бедре. Кое-кто из морпехов присел рядом. Этот тесный круг не удивил Кэма. Всем хотелось знать.