— Мы — хорошие парни. — Илья оскалил зубы, точно положительный герой из американского фильма. — Если кого и убиваем, то только плохих, а телок вообще не обижаем.
— Её зовут Маша, — сказала Лиза, в то время как брюнетка испуганно дрожала. — Как я поняла, она местная. Все эти дни пряталась в доме, не зная, что делать. Вчера сама вышла навстречу этим ублюдкам, а они…
— А они этим воспользовались, — закончил Андрей. — Ты веди её. Илья, возьмешь рюкзак Лизы.
Когда выбрались из Дома культуры, над Лемешками царил багрово-оранжевый, на удивление красивый закат. Наполовину утонувшее за горизонтом солнце будто подпалило убегающие от него облака, и те полыхали всеми оттенками багрового.
— Ух ты, клево, — оценил Илья. — Куда пойдём?
— Вот уж не знаю. — Андрей повертел головой. — Давай на юг, там околица близко.
Улица закончилась, уткнувшись во вспаханное поле. Пришлось разбивать палатку прямо здесь, на его краю, неподалеку от группы молодых берез.
Место Андрею не особенно понравилось — слишком открытое, заметное, да и от поселка близко. Но он не стал спорить, понимал, что со своей раной далеко не уйдет, а вдобавок Соловьева начало знобить.
Лиза настояла на том, что ночью будут дежурить она и Илья, и с этим он согласился.
От ужина отказался и, забравшись в палатку, мгновенно уснул.
Глава 5
Проснувшись, обнаружил, что озноба нет, но бедро под повязкой болит и пульсирует. Подняв голову, увидел, что рядом безмятежно похрапывает Илья и что через щель в приоткрытом пологе сочится дневной свет.
За стенами палатки занималось утро, долетали потрескивание костерка, бренчание посуды и женские голоса.
«Барышни спелись», — подумал Андрей и принялся выбираться из спальника.
Дрова еле тлели, и дым уползал вверх, смешиваясь с низко ползущими облаками. Лиза хлопотала около огня, возилась с котелком, а Маша, закутанная в одеяло, оставшееся от Артура Михайловича, пила дымящийся чай из кружки.
— Ой! — сказала она, увидев Андрея, и едва не выронила посудину.
— Неужели я так плохо выгляжу? — спросил он и подумал, что в последний раз брился ещё в Гороховце и пора достать бритву и как следует пройтись по физиономии.
— Ради бога, куда ты? Тебе нельзя вставать! — гневно произнесла Лиза. — А, ладно, давай осмотрю рану…
Маша испуганными глазищами следила, как Андрей ковыляет к костру, подвинулась немного в сторону. Отвернулась, когда он принялся стаскивать штаны, но бояться от этого меньше не стала — все в её позе говорило о страхе, о том, что черноволосая девушка до сих пор не отошла от шока.
— Очень неплохо, — сказала Лиза, сняв бинты. — Воспаления нет, все чисто, такое ощущение, что ты получил эту рану несколько дней назад. Укол я тебе все равно сделаю, сейчас шприц и ампулу достану, а вот мышцу сегодня лучше не напрягать, провести день в покое.
— Место уж больно поганое, чтобы тут оставаться, — возразил Андрей. — Мне показалось ночью или вправду неподалеку кровожадно выли и рычали?
Запустившая руки в свой рюкзак Лиза глянула на него искоса, с неохотой признала:
— В поселке кто-то был. Похоже, какие-то твари добрались до трупов.
Андрея это не удивило — падальщики были, есть и будут до тех пор, пока на планете есть кому умирать.
Укол на этот раз оказался на удивление болезненным, так что пришлось задуматься о том, почему неведомый «модернизатор», увеличив некоторым особям хомо сапиенса регенерационную способность, не повысил им заодно болевой порог. Или, может быть, это ему так не повезло?
Эх, надо было у Игоря спросить.
Илья проснулся и вылез из палатки точно к тому времени, когда завтрак был приготовлен. Маша уже немного меньше дичилась, так что котелок они опустошили вчетвером, и произошло это за считаные минуты.
— Ну что, идём дальше или остаемся? — спросила Лиза.
— Идём, — твердо сказал Андрей. — Если мне станет хуже, остановимся вновь, но место выберем получше.
— Маша просилась с нами до Владимира. Там у неё родственники.
— А сама, чо, немая? — Илья гыгыкнул, но сообразил, что брякнул глупость, и сконфуженно закашлялся.
— Просится — возьмём. — Андрей поднялся. — Не оставлять же её здесь?
Пока собирались, выглянуло солнце, но почти тут же скрылось вновь, будто вид земли не доставил светилу удовольствия.
Первые шаги он делал с опаской, боялся, что бедро разболится всерьез, но ничего, обошлось. Когда добрались до Дома культуры, стало ясно, что трупы бравых бойцов кто-то утащил. На асфальте остались кровавые полосы, следы от когтей и клочья солдатской униформы.