— Клево, — оценил Илья. — Хотя и облом тоже, раньше ты кайф ловил без всякой «грязи», а теперь не выходит.
— Я видела туман над озером, — сказала Маша, и это был первый раз, когда мужчины услышали её голос. — Белый-белый. Он поднялся, закружился… закружился… что-то там замелькало, и он исчез.
И девушка из Лемешков сконфуженно умолкла.
Андрей посмотрел на неё с удивлением — неужели эта барышня тоже способна замечать иллюзии, порождаемые синим озером? Она одна из тех, кто претерпел внутреннюю трансформацию, хотя внешне ничуть не изменился? Или это пережитый недавно шок так повлиял на неё, обострил восприимчивость, сделал несколько более чуткой, чем обычные люди?
Второе было более вероятно, судя по тому, что она увидела лишь туман.
— Ну чего не я? — расстроился Илья. — Было бы так прикольно, а то ходишь трезвый, как дурак…
— Выпей синенькой водички, — посоветовала Лиза. — Вдруг захмелеешь? Заодно узнаем, ядовитая она или нет.
Но на такой эксперимент бритоголовый не решился, лишь буркнул: «Ищите дураков» — и гордо отвернулся.
Озеро осталось позади, и вскоре по левую руку открылся монастырь, тот самый, что увидели ещё из-за Нерли, с синими куполами. Катастрофа, нещадно изувечившая или вовсе уничтожившая многие здания, здесь ничем не проявила себя: белоснежные строения выглядели нетронутыми, блестели на солнце кресты, на одном из них сидела мрачная ворона.
Завидев людей, она каркнула и взвилась в воздух.
Какое-то время летела следом за ними, оглашая воздух хриплыми воплями, но затем отстала и повернула на юг.
— Туда ей и дорога, — сказал Андрей, глядя вслед птице. — Больно крикливая.
Чем дольше они шли, тем сильнее напоминала о себе нога — болело не только бедро, но и колено, и даже лодыжка. Он старался не показывать этого, но понимал, что шагает все медленнее и медленнее, и время от времени ловил на себе вопросительные и сердитые взгляды Лизы.
Но голос девушка подала, лишь когда впереди показался указатель «Владимир».
— Может, хватит? — спросила она. — Зачем ты над собой издеваешься?
— Хватит, — согласился Андрей. — Останавливаемся. В город пойдём завтра.
По лицу Маши было видно, что она готова идти дальше прямо сейчас, даже не идти, а бежать, но уроженка Лемешков промолчала.
— Где тут встать-то? — Илья принялся чесать в затылке. — Это, блин, как-то всё некузяво со всех сторон!
Сразу за указателем трасса раздваивалась, одно ответвление уходило прямо на запад, скорее всего, в обход города, а другое вело на юго-запад, в центр Владимира. До жилых кварталов было ещё топать и топать, за обочинами лежали безжизненные, голые поля.
— Пройдем ещё немного, — сказал Андрей. — Вдруг попадется что-то подходящее?
В качестве «подходящего» выбрали придорожную кафешку, на вид совершенно целую, с вывеской, на которой розовощекий молодец держал в одной руке кружку пива, а в другой — тарелку с блинами. Отправленный на разведку Илья вернулся с сообщением, что «все чисто», и они зашли в кафе.
Зальчик на шесть столиков был оформлен под старину — лапти и горшки на стенах, деревянные стропила, стойка в виде непомерно вытянутой в длину русской печи. Тухлятиной тут не пахло — то ли холодильники продолжали работать, то ли в кладовых успели пошарить мародеры.
Андрей скинул рюкзак, автомат положил на стол, а сам сел на стул, с наслаждением расслабив поврежденную ногу.
— Дежурить ночью будем по двое, — проговорил он. — Город близко, монстров там должно быть много.
— Да вертели мы этих монстров… — начал Илья, но под взглядом Соловьева осекся.
Быстро выяснили, что электричество в кафе есть, холодильники и в самом деле работают, и в них кое-что сохранилось. Девушки, оккупировав плиты и разделочные столы, ухитрились устроить ужин если не праздничный, то хотя бы отличающийся от обычного.
Лиза сменила Андрею повязку, и он отправился спать.
Ночь прошла на удивление спокойно, никто не потревожил покой придорожного кафе, а утро принесло с собой мелкий и промозглый, совершенно не весенний дождь в компании тумана, самого обычного, без видений.
— Может быть, пересидим непогоду? — предложил Илья после завтрака.
— Нет смысла. Ты же не знаешь, насколько она затянется? — пожал плечами Андрей, и напряженное личико Маши отразило облегчение. — Лучше пойдём. Где, кстати, твои родственники живут?
— У вокзала, на Герцена, — эту фразу уроженка Лемешков произнесла без малейшей тени страха.
— Туда и отправимся.
Нога почти не болела, даже когда на неё наступал, дискомфорт возникал лишь при сильном напряжении мышц бедра, и Андрей надеялся, что сегодня сможет идти быстрее, чем вчера.