Андрей смотрел на спутников и думал, что они изменились: молодая врачиха выучилась стрелять и убивать, привыкла к тому ужасному миру, который в первый день вызвал у неё шок, а Илья все меньше похож на туповатого пацана, каких ранее было немало в Нижнем…
Да и он, разве он сам остался тем же самым?
Прошлую жизнь ему вернуть не хотелось, слишком уж скучной и банальной она была, да и сон от яви он отличал четко, но в то же время и в этой новой, изменившейся реальности не все его радовало.
Взять хотя бы видения…
— Кто виноват, мы обязательно выясним и намылим ему шею, — проговорил Андрей, стараясь, чтобы это прозвучало уверенно. — Пусть даже это тот загадочный «господин», о котором вещал «желтоглазый». И что там с чаем, по-моему, вода закипела?
Лиза спохватилась, сняла котелок с огня и насыпала в него заварку.
Затем Соловьеву пришлось выдержать небольшую словесную битву, но он настоял на том, что в эту ночь будет дежурить первым, несмотря на то что заросшая вроде бы рана вновь дала о себе знать.
Очень уж хотелось самому убедиться, что сегодня ночью к месту их стоянки не подкрадется соглядатай.
— Смотри! — сказала Лиза в завершение их спора. — Если завтра заболит сильнее, сам будешь виноват!
— Буду, — кивнул Андрей, и девушка, сердито глянув на него, ушла спать.
Палатку на этот раз установили вопреки обыкновению не посреди леса, а на довольно открытом месте. Восточнее была река, заросли камыша на её берегу, на западе — небольшой бугор, и за ним в паре сотен метров начинался прятавшийся во тьме поселок.
Незаметно к ним можно было подкрасться и с севера, и с юга.
Андрей занял позицию поближе к камышам, подстелил под себя одеяло Артура Михайловича и лег, чтобы часового не так легко было обнаружить даже обладателю громадных желтых глаз.
Но та половина ночи, что выпала на его дежурство, прошла на удивление тихо — ни единого шороха в камышах, никакого движения во мраке. Когда разбудил себе на смену Илью, испытывал, с одной стороны, разочарование — что его подозрения не оправдались, а с другой — облегчение, и по той же самой причине.
Соратник, зевая, отправился в сторонку, чтобы облегчиться, а Андрей забрался в палатку. Некоторое время полежал, вслушиваясь в тихое дыхание Лизы, а затем резко, без всякого перехода оказался на берегу круглого синего озера, одного из тех, что возникли после катастрофы.
По его берегам стоял густой лес, солнца в небе не было, как и облаков, сверху все затягивал серебристый туман. Он мог видеть в воде своё отражение, а также колыхавшиеся стволы и ветви могучих сосен, что росли прямо за спиной.
Когда озеро вскипело, Андрей не испытал страха.
«Наверное, это то, что люди называют ночным кошмаром», — подумал он.
Он почти ждал, что из бьющих вверх столбов белого пара выйдет давешняя барышня в древнем одеянии, скажет что-нибудь или вручит очередное оружие — копьё, например, но этого не произошло.
Сосны закачались, надрывно заскрипели, на воду упала тень, в бурлящем озере отразился некто огромный и темный.
— Твоя судьба ждет тебя! — прогрохотал голос, немного похожий на тот, которым разговаривал «колдун» из областной больницы. — И будет она ужасной! Будет она кошмарной!
И вновь Андрей не ощутил испуга, лишь вспомнил, что на поясе у него должен висеть меч, тот самый, что выдала ему явившаяся из озера дева. Нащупал шершавую, так удобно ложащуюся в ладонь рукоять и понял, что тело ему повинуется, что он может повернуться и взглянуть врагу в глаза.
Резко выдернул меч и поворотом ушёл с места.
Сосен не было видно — там, где ещё недавно высились деревья, клубилось облако мрака, увенчанное золотой короной.
— Глупец! — презрительно изрекло оно. — Покорись, и я дам тебе все, что ты пожелаешь!
— А вот хрен тебе, — отозвался Андрей и обнаружил себя в спальном мешке.
Видение, необычайно яркое и живое, сохранилось в памяти целиком, вплоть до мельчайших деталей — густая трава под ногами, блики на лезвии меча, острые зубцы на короне…
— Что за ерунда?.. — пробормотал он, повернулся на бок и уснул по-настоящему.
Утром выяснилось, что и в стражу Ильи никто не пытался потревожить путешественников, никакие подозрительные личности вокруг не шастали и все вообще было спокойно.
Нога Андрея тоже вела себя прилично, не болела, и они отправились дальше.
Деревушки и поселки на этом участке трассы встречались часто, а справа время от времени к ней подходила железная дорога. Здесь во второй раз видели катившую по рельсам конструкцию из чёрных пузырей и точно так же предпочли не сводить с ней близкого знакомства.