Черное стремительное тело пронеслось над Ильей, и тот остался лежать, бледный и неподвижный, с выпученными глазами. Похоже, тварь что-то сделала с ним, если вообще не убила, и, осознав это, Андрей ощутил холодную, если можно так сказать, безудержную ярость.
Какой-то паровоз-мутант будет покушаться на тех, кто идёт рядом с ним?
Пули, дырявившие чёрные гладкие бока монстра, не причиняли ему ни боли, ни вреда, и Андрей полез за гранатой. Тварь успела притормозить и развернуться, причем заднюю часть её занесло так, что она с грохотом и звоном снесла один из примыкавших к площади домов.
«РГД-5» отправилась в полет и шлепнулась прямо перед головным сегментом.
— Вниз!! — заорал он, и сам упал, прикрывая голову руками.
По шелестящему звуку понял, что монстр вновь «покатил» на них, а затем громыхнуло. Взрывная волна прошлась по телу, словно мягкий горячий валик, что-то тюкнуло в плечо, но слабо, на излете, а Андрей уже вскочил, вскидывая «калаш» и готовясь стрелять.
Головной сегмент твари находился всего в десятке метров от него, но он крутился на месте, будучи не в силах двинуться вперёд. Следующие два или три, похоже, разорвало на части, и асфальт покрывали иссиня-чёрные лоскутья, с которых сочилось нечто похожее на бензин.
Ну а задняя часть мутировавшего паровоза билась и дергалась, как оторванный хвост ящерицы.
— Добиваем? — спросила Лиза, вставшая рядом с Андреем.
— Да, — ответил он, бросив быстрый взгляд на Илью: шевелит руками — значит, жив, его не зацепило осколками, и это хорошо, есть шансы, что все будет нормально.
Две выпущенные в упор очереди заставили «голову» твари лопнуть, подобно огромному воздушному шарику. Потеряв связь с остальными сегментами, она лишилась прежней неуязвимости и разрушилась с легким хлопком. На землю упало нечто массивное, тяжелое, металлическое, похожее на электродвигатель, скрещенный с клубком водорослей.
— Все, готов, — сказал Андрей, меняя магазин.
Хвостовые сегменты монстра перестали дергаться и начали разрушаться — чёрные округлые стенки пошли трещинами, стали вываливаться куски, открывая изуродованные и уменьшившиеся в размере вагоны обыкновенной электрички.
— Я пойду посмотрю, что с Ильей. — И Лиза зашагала к бритоголовому, который по-прежнему валялся на спине, как очень большой перевернутый жук, и вяло шевелил конечностями.
— Иди, — произнес Андрей ей в спину и отправился разглядывать монстра.
Некогда это был состав, что курсировал между Петушками и Владимиром, а катастрофа изменила его, наделила неким подобием жизни и инстинктами хищника. Соловьев ничуть не удивился, обнаружив среди потеков бензина, металлических и пластиковых деталей куски окровавленной плоти, обрывки шлангов, похожих на громадные артерии.
Мозгом и сердцем этой твари стали люди, оказавшиеся внутри электрички.
Услышав донесшиеся со стороны памятника-паровоза шаги, Андрей повернулся и вскинул автомат, но тут же его опустил. Боевой азарт безвозвратно ушёл, на смену ему явилась обыкновенная злость — из-за постамента вышел брат Августин, а с ним лысый здоровяк и ещё двое мужчин с оружием.
Да, не померещился тогда человек на параллельной улице, и подозрения Лизы оправдались.
— Вижу, что милостью Господа вы одержали победу, — сказал лидер общины, и в голосе его прозвучало самодовольство. — Славься Он, обрушивший Гнев на головы наши!
— Что-то я не видел тут никого, кто оказывал бы нам милость, — резко проговорил Андрей. — Вы что, специально нас сюда отправили? Чтобы мы наткнулись на эту тварь и она нас сожрала?
— Вот суки, — слова Лизы, помогавшей Илье сесть, прозвучали очень отчетливо.
Илья двигался нормально, повреждений у него видно не было, вот только глаза смотрели в небо, а на губах играла совершенно не подходящая к ситуации улыбка.
Брат Августин поморщился, но ответил спокойно и уверенно:
— Не совсем так, видит Господь. Я слукавил, сказав, что кварталы вдоль шоссе непреодолимы. На самом деле там можно пройти, и делать этот крюк необязательно. Я хотел, чтобы вы столкнулись с вот этим… — он указал на останки чудовища, — но был уверен, что вы победите.
— Но почему? — спросил Андрей, думая, что уже знает ответ.
— А потому, что Господь Гнева отметил тебя знаком победителя! И этот знак так же ярко пылает над твоей головой, как костер в ночи! — Глаза лидера общины, пророка новой веры сверкали, видно было, что он абсолютно убежден в собственной правоте. — Как я мог не использовать тебя на благо наше? Не истребить демона, с коим никто из нас не мог ничего сделать?! Если ты считаешь, что я не прав, что я грешен перед тобой — убей меня или ударь, я приму это со смирением!