Перевернул на спину того парня, что в белой майке, затем второго, в кожаной куртке. Оба оказались на вид вполне обычными, в меру прыщавыми юношами лет восемнадцати.
Никаких рогов, копыт и иных «подарков» катастрофы видно не было.
Осмотрев обоих, Андрей двинулся к выходу из квартиры и вскоре оказался на улице.
— Ну как прогулка? — встретил его вопросом Илья.
— Нормально. Одной гранаты хватило.
— Кто там хоть был? — поинтересовалась Лиза.
— Два юных придурка, — ответил Андрей. — Достали где-то оружие, представили себя невесть кем и решили, что сезон охоты открыт. Вот, патронов немного добыл, давай их по рюкзакам разложим, и в дорогу.
Улица Ильича была настолько прямой, точно её проводили по линейке.
Они проходили мимо домов, старых и новых, совершенно целых и разрушенных до основания, лишенных стекол и таких, что необычным образом трансформировались — с прозрачными стенами или порослью синего «мха». То и дело попадались чёрные «кусты», порой поодиночке, иногда группами, и самые высокие дотягивались корявыми ветками до третьего этажа.
В общем, можно было сказать, что Ногинск разделил судьбу прочих городов Центральной России — обезлюдел, изменился и стал, скорее всего, вотчиной различных чудовищ.
Прошли перекресток с улицей Ленина, затем со Второй улицей Ильича — похоже, человек, давший эти названия, либо обладал крайне бедной фантазией, либо был большим поклонником вождя мирового пролетариата.
— Это уже смешно, — сказала Лиза, когда им попалась Шестая улица Ильича. — А где Третья, Четвертая и Пятая?
— Вон у тех «пацанов» спроси, — отозвался Илья и показал в сторону частного дома у правой обочины.
На его крыше сидели две твари вроде той, какую они видели в Вязниках — тощих и голенастых, чёрных, с крохотными головами. На людей они пялились без враждебности и не двигались вообще, так что на первый взгляд можно было принять их за причудливые скульптуры.
— У них если и спросишь, не ответят, — девушка вздохнула.
И этот звук стал для «кузнечиков» чем-то вроде сигнала — они заскрежетали и сиганули вверх.
Андрей вскинул автомат, попытался поймать в прицел хотя бы одного и начал стрелять. Спутники отстали от него всего на мгновение, так что первая тварь приземлилась уже мертвой, с дюжиной пуль в организме.
Вторая оказалась более везучей, шлепнулась за спиной Ильи и попыталась ударить его, но угодила в рюкзак.
— Ек! — только и успел сказать бритоголовый, падая вперёд.
Андрей дал очередь с разворота и попал удачно, так что покрытую хитином голову размолотило в кашу. Лишенное башки тело секунду постояло, даже сделало шаг в сторону и с легким шуршанием упало назад.
— Разлюли моя малина, — сказал с земли Илья. — Что, заколбасили нахала?
— Заколбасили, — подтвердил Соловьев. — А ты чего разлегся? Поспать решил? Так ведь не время.
Убитые «кузнечики» очень походили на того, которого встретили в Вязниках, разве что выглядели поменьше — ростом Андрею по грудь, и щетина на их спинах была не чёрной, а красноватой.
За Шестой улицей Ильича прошли непонятно как попавший в пределы города кусочек леса, миновали небольшую промзону, территорию которой скрывал густой туман — словно облако село прямо на землю, да так и прилипло, не уплывая и отчего-то не развеиваясь.
Затем повернули вправо, и пошли старинные, выстроенные из красного кирпича дома в три этажа. Эти во время катастрофы не пострадали и выглядели так, словно люди жили в них до сих пор.
Открылись площадь с чашей фонтана в центре и бьющий из неё столб фиолетового пламени.
— Это могло бы быть красиво, если бы не было страшно, — сказала Лиза. — А площадь, интересно, тоже Ильича?
— Нет, Ленина, — хихикнул глазастый Илья, разглядевший, что написано на табличке. — Слышь, меня другое больше волнует. Куда вообще идти? Прямо или налево поворачивать? Карты у нас нет, а местные что-то не отвечают, сразу стреляют или обниматься бросаются.
— Не знаю, — Андрей потёр лоб. — Я бы повернул. Железная дорога на Москву южнее осталась, мимо неё мы не промахнемся.
Через сотню шагов стало понятно, что южный выезд с площади ведет прямиком на мост через Клязьму, а мост этот порос чем-то похожим на мухоморы высотой по пояс человеку.
— Грыбочки, — сказал Илья. — Покурим? Хотя они такие здоровые, что сами нас покурят, как куст марихуаны того чувака в американском фильме… Помните, да? Как он косяк скрутил?