Вторая тварь того же вида перебежала им дорогу, а вскоре «джунгли» закончились. По левую руку открылись рекламные щиты на столбах, киоски и здание с вывеской «Торговый центр «Петров мост».
— О, вот и «Гавндональдс», — проговорил бритоголовый, увидев знакомую жёлтую букву «М». — Одним хорош этот новый мир, что в нём нет кока-колы, гамбургеров и картошки фри…
— Что ж в этом хорошего? — Андрей делано удивился. — Можно было бы чудовищ травить.
Открылся круглый павильон метро «Электрозаводская» и рядом с ним — торчащая из асфальта пирамида высотой метров десять, с острыми гранями, будто светящаяся изнутри.
Из-за неё выступил громоздкий силуэт и медленно, с чавкающими звуками пошёл в сторону «джунглей». Андрей повел было стволом в его сторону, но узнал «великана» вроде того, какого видели на проспекте Буденного — безголовый, будто сплетен из корней и побегов, из тела торчат белесые щупальца.
Подобные твари людьми, похоже, не интересовались вообще.
— Какой здоровый кабан, — сказал Илья, завистливо глядя вслед порождению «джунглей». — Как думаете, он тоже раньше, типа, человеком был? Или сам по себе появился?
— Догони и спроси, — предложила Лиза. — Вдруг ответит?
Пирамиду обошли стороной, а ещё метров через шестьдесят услышали знакомый стрекочущий звук. Мигом позже на заборе, что потянулся за правой обочиной, появились сразу три «лягушки», лунный свет заблестел на слизистой коже, отразился в огромных глазах.
Соскочив наземь, твари устремились к людям.
— Вот тебе, бабушка, и Юрьев день! — радостно воскликнул Илья, нажимая на спусковой крючок.
Не отстали от него и соратники, и первая «лягушка» с визгом покатилась по асфальту. Вторая попыталась свернуть, но ей это помогло так же, как собаке — велосипед, шлепнулась мордой вниз, третья сделала невероятной длины прыжок и оказалась на расстоянии вытянутой руки.
Андрей хладнокровно расстрелял её в упор.
Что заставило его обернуться — сам не понял, то ли чутьё на опасность, то ли краем уха поймал шорох. Но, увидев на другой стороне улицы, в тени двухэтажного, увешанного рекламными плакатами дома большеголовый силуэт, мгновенно шлепнулся наземь. Рана напомнила о себе, занемел ушибленный локоть, рюкзак шарахнул по спине с такой силой, что едва не переломил позвоночник.
Но это было мелочью по сравнению с возможными неприятностями: попади слюна «плевуна» на лицо, и все, в лучшем случае ты выведен из боя, а в худшем — из жизни.
Но эта тварь оказалась не особенно меткой — ком слизи прошел выше, шлепнулся в стену. Второй ударил в рюкзак Ильи и повис на нём, а тут уж и Андрей смог ответить — дал неприцельную очередь, чтобы пугнуть врага.
Тот метнулся в сторону, но на крыше дома объявился второй, харкнул навесом, точно миномет.
— Ничего себе! — воскликнула Лиза, отскакивая в сторону.
Андрей наконец-то попал в первого «плевуна», и тот захромал, едва не свалился. Пришлось перекатываться в сторону, чтобы не угодить под «выстрел» второго, укрывшегося на обратном скате крыши.
Ядовитая ляпня возникла метром левее, полетели брызги, и также упавший Илья едва успел заслониться.
— Вот мразь! — пропыхтел он. — Как с ним будем справляться? Обходить?
— Зачем? — Андрей вытащил гранату. — Прикрывайте меня, по сторонам смотрите.
Похоже, им «повезло» забрести в район, где разнообразные твари кишмя кишели, так что не удивительно, если на шум явится ещё кто-нибудь голодный, уродливый и свирепый.
«Плевун» харкнул ещё раз, и тут Соловьев вскочил на ноги, побежал через дорогу. Брошенная граната улетела вверх, а он вновь упал, прикрыв голову, — ещё свалится что-нибудь тяжелое.
Прозвучал взрыв, к темным небесам взлетел истошный взвизг.
— Ну, чисто поросёнок, — сказал Илья.
— Жаль, что не пожаришь. — Андрей поднялся. — Что…
Он осекся — с той стороны, куда шли, в их направлении бесшумно и стремительно двигались несколько мохнатых волкоподобных тварей, и в голове каждой горел алым огнём единственный глаз.
Лиза тоже заметила их, затарахтел её автомат.
«Четверорукие», перемещаясь мягкими скачками, прыснули в стороны, чтобы обойти людей с флангов.
— Отходим! — приказал Андрей. — Вон там ещё тащатся!
В той стороне, где, если верить карте, находился Электрозаводский мост, мелькали чёрные фигуры, а сражаться с большой стаей ночью, да ещё на открытом месте — верное самоубийство. Луна потихоньку укатывалась к горизонту, скоро зайдет, и тогда станет по-настоящему темно.
Короткой очередью срезал самого шустрого «четверорукого», второй, получивший пулю от Лизы, обиженно рыкнул.