Вскоре после выхода из Нижнего Андрей заподозрил, что их путешествие — часть грандиозного спектакля, сюжетная линия сценария, написанного кем-то очень хитрым. Тогда он принялся бороться с этим сценарием, и в один момент возникло ощущение, что сумел победить, вырваться из него.
И вот теперь зазнавшегося актера, исполнителя роли «героя», ставили на место.
— Кто? Почему? — удивилась Лиза.
У неё подобных ощущений не было, да и возле синих озер девушка ничего особенного не видела.
— На оба вопроса ответить не могу, — сказал Андрей. — Но если мы хотим пройти к центру города, у нас остался только один путь.
Илья нахмурился:
— Это какой?
— Через туннели метро.
— Ой! — воскликнула Лиза и отступила на шаг, прижав ладони ко рту, глаза бритоголового расширились, и спокойным остался только Рик, хотя, возможно, он просто не понял, о чем идёт речь. — Это под землю, туда, где темно?
— Именно туда… — Андрей обернулся, одиночным выстрелом сбил влезшую на ограду «лягушку».
Снизу долетел плеск, его сменил гневный стрекот.
Головы уже двух тварей показались над краем закованного в бетон берега, ещё одна перескочила невысокий заборчик с ходу. Заработала полноценный свинцовый «привет» от Ильи, но не остановилась, а двинулась на людей, широко расставив лапы и открыв пасть.
На то, чтобы отбить эту атаку, времени потратили немного, но снизу опять донесся плеск.
— Уходим, — сказал Андрей. — А то соберутся со всей реки, патронов не хватит.
Двинулись обратно на север и, пока добрались до Электрозаводского моста, ещё дважды пускали в ход оружие. Уже у поворота к метро пришлось иметь дело, помимо «лягушек», ещё и с «плевунами», и тут даже залегли на какое-то время, угодив под настоящий обстрел.
— Ну, что, убедились? — поинтересовался Соловьев, когда уцелевшие твари убрались прочь.
— Да, сунемся туда — ног не унесем, — голос Ильи прозвучал мрачно. — А что внизу?
— Может, там ещё хуже? — Лизе, судя по выражению лица, очень не хотелось лезть под землю.
— Вероятно, — Андрей пожал плечами. — Но другой вариант — ждать у моря погоды.
Сам понимал, что это вовсе не вариант, что им не дадут спокойно выждать, пока вихрь потеряет силу или ветер унесет «семена» — со всех сторон полезут монстры или случится что-то ещё.
— Не, не тема, — решительно сказал Илья. — Надо двигаться, сидеть в толчке будем.
— Ладно, годится, — согласилась Лиза, а мнения Рика никто и не спросил — понятно, что не ответит.
Около метро, по московскому обыкновению, было полно киосков со всякой всячиной, и Андрей первым делом отыскал тот, где продавали электротовары. Немного повозились, выбивая дверь, а когда петли хрустнули и вылетели из косяка, изнутри хлынул густой смрад.
В крошечном павильончике лежал непонятно как попавший туда труп «собаки», частью обглоданный и сгнивший, на удивление хорошо сохранилось лицо, детское, обиженно нахмуренное.
Стараясь не прикасаться к останкам, выгребли из киоска фонарики и запасы батареек, рассовали по карманам.
— Готовы? — спросил Андрей и, получив в ответ три кивка, зашагал ко входу в метро.
В шайбообразном строении их встретил слабый запах тления, а вскоре обнаружился его источник — женское тело у стены. Глянув в сторону касс, Андрей поморщился — за одним из окошек виднелась словно даже и не мертвая кассирша, просидевшая на одном месте больше двадцати дней.
Вступив на эскалатор, он включил фонарик и обнаружил, что с потолка уходящего вниз туннеля свешиваются белесые плети, похожие на корни, а с некоторых ещё и течёт.
Ребристые ступеньки и поручни блестели от влаги, долетало негромкое «кап-кап».
— Ну и гадость, — сказала Лиза брезгливо. — И нам туда идти?
— Лучше уж туда, чем в «джунгли», — пробормотал Андрей, вспоминая, как они с Ильей однажды попытались прорваться через сплошную стену зарослей. — Держите дистанцию.
Идти в затылок опасно, так легче угодить в ловушку или попасть под обстрел.
Он вступил на эскалатор первым, под подошвой звучно чмокнуло, следом почти бесшумно двинулся Рик. Лиза не отпустила мальчишку далеко, замыкающим оказался Илья, и лучи уже трёх фонариков зашарили по стенам, попытались рассеять клубившуюся впереди тьму.
Не одолели и десятка метров, как недра напомнили о себе — снизу прикатилась вибрация, плети под потолком закачались, с них потекло гуще. Одна из капель упала Андрею на рукав, но не прожгла, так и осталась лежать, не впитываясь и не испаряясь, точно осколок стекла.