Такая не только коня на скаку, но и танк на полном ходу…
Последняя из вооруженных барышень скрылась из виду, Андрей для верности подождал ещё несколько минут.
— Давай вперёд! — скомандовал он. — И быстро.
Парк понижался к берегу, и они двигались примерно по середине склона, перебегали от одной группы деревьев к другой и обязательно залегали вновь, чтобы осмотреться и прислушаться.
Впереди показался нависший над Москвой-рекой мост, а чуть левее, за ним — высотное здание с раздвоенной верхней частью.
— Если там сидят наблюдатели с биноклями, то нас все равно засекут, — сказал Андрей после очередной перебежки.
— Если бабье, то не догадаются, — убежденно проговорил Илья.
— Лучше надеяться на то, что у них биноклей нет, — тут же влезла Лиза.
Подойдя к мосту, обнаружили, что он уходит в туннель, а вверх, к проспекту, ведет лестница из многих уступов. По ней поднялись в два подхода, и впереди открылась грандиозная площадь, выходящие на неё полукруглые здания с башенками и огромная надпись на крыше одного из них: «СБЕРБАНК РОССИИ».
Место было настолько открытое, что Андрей рискнул бы пересечь его разве что ночью или в тумане. Но до темноты оставался ещё вагон времени, солнце светило с усеянного белыми облачками неба, и это означало, что нужно искать другой путь.
— Нам вон туда, и налево, на проспект Шестидесятилетия Октября, — сказал он. — Ползком или в обход.
— Отдам свои почки, чтобы в обход! — заявил Илья. — Тут, в натуре, голимо.
В этот момент Андрей заметил движение на противоположном краю площади, и через мгновение стало ясно, что по Ленинскому проспекту движется очередной патруль, на этот раз из четырёх человек.
— Давай назад к реке, — решил он. — Там поспокойнее.
Спустились обратно по лестнице и по узенькой набережной прошагали под мостом. Громадное здание с раздвоенной верхушкой оказалось слева, нависло над берегом, впереди, над деревьями, поднялся силуэт знакомого каждому Московского университета.
На другой стороне реки, за домами, стало видно нечто похожее на приземлившийся громадный НЛО.
— «Лужники», должно быть, — сказал Илья, но без особой уверенности.
Прошли мимо исполинского «террикона», из бока которого подобно побегу торчала верхушка церковной колокольни, и тут река забурлила. С шумом ударили о берег волны, в глубине задвигалась огромная тень, из волн показалось нечто осклизлое, круглое, но тут же пропало.
Со стороны оставшегося за спиной моста донесся знакомый посвист и, обернувшись, Андрей увидел, как по его железнодорожной части движется «поезд» из чёрных продолговатых пузырей.
Подводное существо, что размерами могло поспорить с китом, устремилось в ту сторону. Вздыбились из волн десятки то ли щупалец, то ли усов, прянуло вперёд нечто похожее на выдвижную пасть монстра из «Чужого».
Железнодорожная тварь изогнулась, но её сорвали с путей, точно гусеницу с ветки, и уволокли в реку. Ударил настоящий гейзер, вода вскипела, полетели ошметки чёрной и темно-зелёной плоти, поплыли по волнам, но постепенно все затихло, и Москва-река стала такой же, как десять минут назад.
— Ну, это отпад… — сказал Илья. — Кино со спецэффектами отдыхает.
Лиза ошеломленно покачивала головой, и даже Рик выглядел удивленным.
Вновь потянулись заросли — спускающийся к реке склон, покрытый деревьями, пересеченный лесенками и ложбинами. Идти по нему оказалось на редкость неудобно, так что пришлось спуститься к самому берегу и постоянно поглядывать на воду — не покажется ли под её поверхностью огромная тень?
Тут стояли лавочки, попадались указатели, сообщавшие, что они на территории заказника «Воробьевы горы».
Добрались до ещё одного моста, обычного, автомобильного, и тут Андрей решил, что они достаточно отклонились и пора возвращаться. По извилистой дорожке двинулись вверх, прочь от реки, и почти тут же наткнулись на очередное «людо-дерево», к счастью, оказавшееся неагрессивным.
Оно лишь проводило их недоуменным взглядом, но с места не сдвинулось.
Тропа вывела к неширокой улице, разделенной полосой газона с деревьями и обильно поросшей «зонтиками».
— Так, и куда нам? — спросила Лиза.
— Прямо, судя по всему, — ответил Андрей.
Карту он помнил неплохо — проспект Шестидесятилетия Октября, переходящий в Калужское шоссе, на котором лежит Обнинск, находился южнее, и чтобы добраться до него, нужно пересечь некоторое количество кварталов и парочку широких, некогда оживленных магистралей.
За забором началось нечто вроде парка, но очень «окультуренного» и редкого, со множеством построек. Почти тут же встретили стаю из полутора десятков «собак», валявшихся на травке и гревшихся на солнце, точно обыкновенные бездомные псы.