— Шххх… — раздалось сзади, и в проход выбралось подобное же создание, только с одной рукой и одной ногой, и с куском головы, что была разрублена примерно пополам.
Нижняя челюсть скребла по полу, в черепной коробке плескалось нечто серое.
Агрессии эти существа не проявляли, да и вряд ли смогли бы её как-то выказать, с их-то возможностями, но выглядели настолько отвратительно, что вызывали тошноту, и Андрей поспешил дальше.
На первом этаже больше ничего интересного не увидел, а когда по свободному эскалатору попытался забраться на второй, понял, что ловить там нечего — каждый шаг пришлось бы делать либо по крови, либо по кишкам, либо по мозгам или иной начинке организма. Стойкий запах бойни витал меж вывесками модных магазинов, и с разных сторон неслось шипение, говорящее, что и тут ползают обрубки людей.
Вероятно, обитателям окрестных кварталов в день катастрофы показалось, что здесь будет безопаснее, и они собрались в «Калужском», а затем стали жертвой какой-то напасти…
Глава 7
Спускаясь обратно, Андрей почувствовал под ногами вибрацию, и в какой-то момент она стала такой сильной, что затрясся весь торговый центр, заходили ходуном его стены, с разных сторон донеслось звяканье. Когда вернулся ко входу, обнаружил спутников на том же месте, Илью с автоматом на изготовку, Лизу и Рика — сидящими у стены.
— Ну, чо там? — спросил бритоголовый.
— Гнусность, — ответил Андрей. — Лучше не ходить. А у вас что?
— Пока тихо, никого и ничего.
И будто в ответ на эти слова туман за стеклом задвигался, в нём появилось уплотнение, напоминавшее веретено. Распалось на два, те тоже разделились, а затем нечто похожее на огромную обезьяну возникло у самых дверей, попыталось втиснуться в щель.
— Получай! — заорал Илья так, как орал, наверное, его дед в сорок третьем, стреляя во фрицев.
По торговому центру покатилось трескучее эхо от выстрелов, но бритоголовый прицелился на редкость аккуратно и ухитрился не расколотить двери. Все пули ушли в проем между створками, и «обезьяна» упала на четвереньки, распалась на серые снежинки размером в ладонь.
Через мгновение там вновь был лишь туман.
— Похоже, это глюки, — сказал Андрей, когда наступила тишина. — Рик опасность чует, а тут не реагирует.
Мальчишка и вправду сидел равнодушный, даже головы не поворачивал.
— Но с ног-то тебя не глюк сбил, — возразила Лиза.
— Это да… — Андрей обернулся, показалось, что за спиной, в глубине здания раздался какой-то треск.
Снизу долетел мощный гул, и торговый центр вновь затрясся, точно в приступе лихорадки. Сверху донесся звон — похоже, не выдержала одна из витрин, с потолка полетели декоративные плитки.
Там, где находился фонтан, вверх брызнули куски облицовки, с грохотом покатился по полу фрагмент бортика. Из дыры рвануло нечто красно-серое, извивающееся, похожее на безголового удава, сумевшего отожраться так, что он стал толщиной в добрый десяток метров.
Эта колонна плоти ударила в потолок, словно палец гиганта, и сокрушила его, как бумажную перегородку. Посыпались осколки стекла, куски плитки, бетона, какие-то металлические детали.
— О-го-го! — воскликнул Илья, а Рик с Лизой вскочили на ноги.
Андрей же застыл на месте, его словно приморозило к полу — из памяти всплыло видение, что посетило его за пару дней до того, как они вошли в Москву, и не забылось, несмотря на обилие впечатлений.
Там все выглядело не совсем так, но, в общем, картина совпадала.
— Бежим! — закричала девушка, шипящий Рик юркнул в щель между створками.
Андрей понимал, что нужно шевелиться, что-то делать, но не мог заставить себя сдвинуться с места. Он не отрывал глаз от чудовищного существа… — или пальца, щупальца, хобота громадного обитателя подземелий?.. — что продолжало методично сокрушать «Калужский».
Исполинская змея моталась туда-сюда, ломала стены, перегородки, все, чего касалась. Пол дрожал, далеко вверху погромыхивала, намекая на скорое обрушение, крыша всего торгового комплекса.
— Шевели копытами, шеф! — Илья схватил Андрея за рукав, дернул так, что тот едва не упал.
Оцепенение прошло, и он побежал вслед за остальными.
Выскочил на улицу, глотнул похожего на серый кисель тумана, отчего в горле запершило. Остановились только там, где рядом с огромным рекламным плакатом на столбе торчали четыре чахлые елочки, и Андрей, тяжело дыша, вытирая со лба пот, обернулся.