Дома в деревне Алексеевке, где они находились, были в основном из тех, что строили для себя дачники лет пятнадцать-двадцать назад: в один-два этажа, небольшие, в первую очередь предназначенные для того, чтобы в теплый сезон переночевать, а утром вновь ринуться к грядкам.
Для обороны они вовсе не были приспособлены.
Имелись ещё избы, возведенные гораздо раньше, но эти выглядели полуразвалившимися, а гнилым деревом и сыростью от них шибало за добрую дюжину метров.
— Это прямо попадалово какое-то, — сказал Илья, когда они попытались зайти в одну из таких, и дверь развалилась прямо у него в руках.
— А что вы ищете? — спросила Зина. — Вон там вроде чисто и уютно…
И она указала на симпатичный домик из белого кирпича, в котором они побывали только что.
— Нам надо ещё и чтобы безопасно, — ответил Андрей. — Почему, скоро узнаешь.
Женщина побледнела и прижала руки ко рту, словно услышала, что её собираются сожрать.
После часа поисков выбрали баню, довольно большую, сложенную из мощных бревен, какие не сразу возьмёт и бульдозер. Построили её, по всем признакам, недавно, там оказалось не сыро и приятно пахло стружкой.
— Дверь слабовата, не удержит, — заметила Лиза.
— Зато это единственное отверстие, через которое можно сюда попасть, — отпарировал Андрей. — Всунем метлу, припрем и будем держать под прицелом всю ночь.
Окошко в парилке было крохотным, а в печную трубу протиснулась бы разве что исхудавшая кошка.
— Но в чем дело?! Что происходит?! — вновь занервничала Зина.
— Пока — ничего, — с ехидной улыбкой отозвался Илья. — Но на улицу, в натуре, лучше в одиночку не выходить, и вообще не выходить, а не то придет серенький бочок и укусит за волчок…
Женщина, судя по глазам, решила, что попала в компанию сумасшедших.
В этот раз зверь показал себя, едва закатилось солнце — снаружи донеслось раскатистое фырканье, и тяжелое тело с размаху ударилось в стену. Не успевший заснуть Андрей вскинулся и потянулся за автоматом, а оставленная в предбаннике на страже Лиза подняла «калаш».
— Это что? — спросила Зина.
На этот раз не ответил никто.
За окном долгое время было тихо, затем послышались шаги — тварь бродила вокруг бани кругами, но более не приближалась, похоже, что-то ей мешало. Несколько раз начинала рычать и выть, но в поле зрения ни разу не попадала, хотя Андрей таращился в окошко, напрягая глаза.
Где-то к полуночи все прекратилось.
— Ушёл? — спросил Илья.
— Хотелось бы верить, но не верится, — сказал Андрей.
Зина переводила взгляд с одного на другого, видно было, что ей до ужаса хочется обрушить на мужчин шквал вопросов, но она понимает — вряд ли дождется внятного ответа.
Подождали ещё какое-то время, Соловьев пожал плечами и улегся спать.
Продрых до самого утра и проснулся только от бодрого вопля Ильи, заявлявшего, что всяким соням завтрака не полагается.
— А кому полагается? — пробормотал Андрей, едва открыв глаза.
— Всем остальным! — выпалил бритоголовый. — Ночь прошла, а нас не схавали, и это круто!
Зверь на этот раз почти не оставил следов, разве что клок чёрной шерсти на одном из бревен. Андрей снял клок и обнаружил, что на ощупь тот похож на вату — такой же мягкий и плотный.
— Это что? — не выдержала Зина, её глаза горели от любопытства. — И кто был ночью?
— За нами идёт кое-кто, — сказала Лиза. — Очень хищный и опасный, так что если увидите что-то подозрительное… дрожание воздуха, дым, примятую траву там, где вроде нет ничего, — тут же нам говорите.
Женщина закивала, а Андрей с неудовольствием подумал, что сегодня им придется не раз дернуться, когда она поднимет ложную тревогу.
Но после того как двинулись дальше, выяснилось, что он ошибся — Зина постоянно вертела головой, изображая бдительность, но вскрикивать и тыкать пальцем в воображаемую опасность не спешила.
Одна деревня перешла в другую безо всякой разделительной линии, зато границу владений «нехристя» увидели издалека — по ней ровной полосой стояли металлические деревца вроде тех, что встречали на Калужском шоссе, только на этих имелись ещё и плоды.
Они напоминали ребристые груши и отливали розовым.
— Ба, да я смотрю, тот дядя у вас типа мичуринец? — гоготнул Илья.
— Ещё какой… — протянул Андрей, когда один из плодов упал наземь и взорвался, выпустив облако бледно-красного дыма.
Он готов был поклясться, что вдыхать эту гадость вредно для здоровья.