— Вот это клево, и на сердце спокойнее, — признался Илья, меняя обойму в «калаше». — Чувствуешь себя настоящим Рэмбо.
Андрей и сам ощутил, что после того, как пострелял, и не просто так, а по живым и опасным мишеням, на душе стало полегче, ушла часть того напряжения, в каком провел последние часы.
— Будем потихоньку искать место для ночлега, — сказал он. — Хватит на сегодня.
За рекой начиналось поле, за ним виднелся лесок, и дорога шла по его краю в сторону садового массива.
— Лучше подальше отойти. — Лиза повернулась в сторону Обнинска, и глаза её расширились.
Андрей невольно глянул туда же и только головой покачал: с этого берега Протвы они видели нечто похожее на лубочные пейзажи града Китежа или Святой Руси — сплошь золотые купола с крестами, стройные колокольни, напоминавшие белые свечки, и пасторальные облачка в темно-синем небе.
— Глюк, — сделал вывод Илья. — Ну его в задницу, надоело.
И они пошли прочь — оставаться рядом с Обнинском никто не хотел.
На границе садового массива наткнулись на два «живых» дома вроде тех, какие видели на подходе к городу — похожие на огромных слепых черепах, они ползали туда-сюда, время от времени сталкиваясь боками, скрипя стенами и стряхивая с крыш обрывки толя и куски дерева.
Их пришлось обходить, а затем шагать по пыльной обочине.
Для того чтобы остановиться на ночлег, свернули в лес — там они вряд ли кому попадутся на глаза, особенно если не будут шуметь и разводить большой огонь. Зашуршал тент поставленной палатки, Илья притащил воды от ближайшего ручья, и над костром забулькал котелок.
Сумерки потихоньку сгущались, по сиреневому небу плыли пушистые облачка.
— Надо все же решить, куда мы пойдём дальше, — сказал Андрей, когда с ужином было покончено. — Вы, наверное, не помните, что я говорил тогда, ну, за проходной, но надо двигаться на запад, там нас ждет…
— Что? Рай с яблочками на деревьях? — перебил Илья, и Соловьев напрягся — неужели безумие вернулось, спутники примутся с ним спорить, а затем и вовсе кинутся на предводителя?
Но ничего, «калаш» под рукой.
— Нет, место, где мы найдём ответы, — очень мягко сказал он.
— Ну, я помню, что ты ходил к какой-то странной штуке, — Лиза наморщила лоб, потерла виски, видно было, что она напряженно роется в памяти, но та подводит её. — Встретил там кого-то из ученых, проводивших эксперимент?
— Нет, я… — Андрей поёжился, щелкнул пальцами, пытаясь отыскать нужные слова и не находя их. — Там был кусок ФЭИ, его вырвало из реальности и закинуло на запад, в большой город, я чувствую направление. — Фраза получилась не ахти какая, путаная, если честно, но она хотя бы что-то объясняла.
— Какие там большие города? — Илья принялся загибать пальцы. — Смоленск типа, Минск, но это уже в Белоруссии, Литва ещё есть с этим, Вильнюсом… Или это Питер?
Андрей покачал головой — нет, северная столица лежит не в той стороне, куда им, а точнее ему, нужно.
— Мне этого не хочется, я не понимаю, куда и зачем мы тащимся, и ещё я устала, — заявила Лиза. — Не проще ли вернуться в Москву, в то же казачье войско, и остаться там? Сколько можно бродить?
Андрею очень хотелось сказать «вечно», но он смолчал.
— И меня эта маза не радует, — помотал головой Илья. — Я бы, шеф, нашёл себе какой городок, взял там власть в свои руки, чтобы ни одна падла пикнуть не смела, и держал его за милу душу…
И бритоголовый сладко заухмылялся, представляя себя в роли местечкового пахана или даже князька, во власти которого все женщины, а прочие мужики нужны лишь для того, чтобы выполнять приказы.
— Вы вольны делать что угодно, — сказал Андрей, — но я продолжу свой путь.
— Но зачем? Зачем? — воскликнула Лиза, однако без агрессии, просто удивленно.
Со стороны это и вправду выглядело как одержимость — слабо обоснованное желание идти, двигаться куда-то за горизонт в поисках чего-то неясного. Но он не мог и не желал противиться этому, чувствовал, что если остановится, то предаст себя, что долг как раз и заключается в том, чтобы искать ответ на вопрос «что же случилось?».
И неважно, если найти его в принципе невозможно.
— Ладно, утро вечера мудренее, — сказал Андрей. — Ложитесь спать, я посторожу.
— Почему ты? — вскинулся Илья.
— Вам в Обнинске досталось больше.
Это было правдой, но на самом деле Андрей просто не доверял спутникам, опасался спать, пока кто-то из них бодрствует — закроешь глаза и получишь нож в горле или пулю в сердце.