— Да? Ну как скажешь. — Лиза бросила на него недовольный взгляд и полезла в палатку.
Бритоголовый отошел в сторону, чтобы отлить, а затем проследовал за девушкой. Костер потух, солнце давно зашло, место стоянки окутали темнота и тишина, остался лишь шорох колышущихся ветвей.
Андрей сидел, положив «калаш» на колени, спиной опираясь на ствол, и вслушивался в окружающий мир. Спать не хотелось, усталость ощущалась, но спокойная, приглушенная, какая не помешает спокойно отдежурить до утра и завтра целый день шагать, да ещё и сражаться, если будет надо.
Он всегда был парнем крепким и выносливым, но за последний месяц словно помолодел, да и, честно говоря, стал способен на такое, чего не осилил бы и в восемнадцать, во время службы в армии.
Это иногда радовало, но порой и пугало.
Что и как могло так измениться в организме и не сделают ли эти «мутации» его в конце концов монстром наподобие одного из «колдунов» — могущественным, но мало похожим на человека?
Шорох, долетевший с той стороны, откуда несколько часов назад они пришли, заставил Андрея насторожиться. Глянув туда, он без особого удивления заметил, как во мраке под деревьями мелькнула и пропала пара янтарных огонечков.
Явился «желтоглазый», что тащился за ними уже несколько дней, то ли прошел через Обнинск, то ли обогнул его.
Слежку путешественники обнаружили ещё в Нижнем, а через какое-то время сумели поймать «топтуна». Но тот мало того, что оказался не совсем человеком, так ещё и не до конца в своем уме, бормотал что-то о «великом Господине», отдавшем приказ наблюдать за тремя людьми, а потом умер странным образом, не успели они как следует его допросить.
Место погибшего занял другой «желтоглазый», а в Москве к ним и вовсе приставили соглядатая, замаскированного под человеческого ребенка. Когда вышли за пределы МКАД, тот попытался убить Андрея, а когда погиб сам, выяснилось, что он похож на человека только внешне.
Кто-то не собирался выпускать троих нижегородцев из-под присмотра, хотя кто и зачем, так и оставалось неясным.
Порой возникало ощущение, что они играют роли в огромном спектакле или фильме, действуют в рамках исполинского сценария, неведомо кем написанного и воплощаемого в жизнь. Сам Андрей — «герой», призванный сражаться с разнообразными чудовищами и злодеями, но не обреченный на победу, Илья и Лиза — «спутники», предназначенные для того, чтобы ему было не скучно в одиночку.
Это раздражало, злило, хотелось добраться до «сценариста» и придушить его.
— Хррр-хррр-хррр… — донеслось из леса, и Андрей сообразил, что «желтоглазый» смеётся.
Видит, сволочь, что его заметили, но вовсе не собирается пугаться и таиться.
Можно пойти к нему, шугануть, но это ничего не изменит, ни на что не повлияет — даже если убить, то через день-другой объявится новый «топтун», ничем не хуже старого.
— Проваливай, гаденыш, — прошептал Андрей.
«Желтоглазый» потоптался немного на месте, а затем словно послушался — мигнули ещё раз огоньки его гляделок, удаляющийся шорох возвестил, что тварь двинулась обратно к дороге, и вновь стало тихо.
До утра больше ничего не произошло, и рассвет лес встретил в том же безмолвии, в каком погрузился в ночную тьму. Птицы и прочая живность большей частью сгинули в момент катастрофы, здесь же, в окрестностях «нехорошего» города их, похоже, не осталось вовсе.
Когда солнце поднялось над деревьями, Андрей разбудил спутников. Позавтракав, они свернули стоянку.
— Ну что, вы со мной или каждый сам? — спросил он, повесив на спину рюкзак.
— Ну, хм, как бы… ладно, уговорил, — сказала Лиза, а глядевший в землю Илья просто кивнул.
Что самое странное, в этот момент Андрей испытал не облегчение и не радость, а смутное раздражение — он по-прежнему ощущал, что уход из Обнинска ничего не дал, что с давними соратниками не все так легко, и доверять им в полной мере не стоит, безумие ещё может вернуться.
— Хорошо, идём, — сказал он.
Выбрались из леса на дорогу и зашагали в ту сторону, где вечером сядет солнце. Лес по левую руку ненадолго прервался, вдалеке стало видно расположенное посреди поля, далеко от дороги синее озеро и торчащее за ним сооружение вроде громадного кипятильника, только черное.
Пропало из виду за деревьями, зато впереди на обочинах показались две ажурные башенки.
— Ну, держись, — пробормотал Илья и покрепче сжал автомат.
Едва прошли между башенками, как небеса потемнели, в них непонятно откуда появилась громадная штуковина треугольной формы вроде имперских кораблей из «Звездных войн». Бритоголовый выпучил глаза и икнул, а от нависшей над ними громадины вниз устремилось нечто куда меньших размеров.