— Тогда я подожду на улице. — И королевский посланец вышел.
— Э, ну шеф, ну, может, меня все же возьмешь с собой? — Илья, похоже, решил давить на жалость. — Подруга, она, понятное дело, баба, да ещё и самая клевая телка на районе. Но я-то пацан конкретный!
— Нет, — Андрей поднялся, стараясь не глядеть на Лизу. — Все решено.
Он привинтил к «калашу» подствольный гранатомет, прихватил «ПМ» и вслед за Рашидом вышел в коридор. Из-за стойки ресепшена улыбнулась грудастая Лена, да так, словно прознала о размолвке между «первым рыцарем на деревне» и его «дамой сердца».
Федор обнаружился у крыльца в компании пятерых автоматчиков в камуфляже.
— Этот пойдет с нами? — спросил он, указав на «колдуна», а получив в ответ кивок, покорно вздохнул: мол, королевская воля есть королевская воля, но если бы её не было, я бы…
Пошли на юго-восток, оставив за спиной гостиницу и лежащее дальше на запад ристалище. В стороне, между домами, блеснуло синее озеро, и Андрей порадовался, что оно находится достаточно далеко.
Не хватало ещё победителю вчерашнего турнира хлопнуться в обморок.
Пришлось обходить «болото», занявшее не только улицу, но и добрую часть жилого квартала. Затем они вновь оказались у древней городской стены, но не у того участка, который видели позавчера, — этот выглядел куда лучше, гордо поднимались древние башни, торчали зубцы.
При их виде Андрею вспомнился сегодняшний сон, и он поёжился, по спине побежал холодок.
— Вот это улица Мира, — сказал Федор, когда они вышли на прямую, ничем не примечательную улицу. — Тут целый патруль сгинул, из трёх человек — нашли только гильзы и помятый «калаш».
— Понятно, — сказал Андрей и покосился на Рашида.
Но тот лишь пожал плечами, показывая, что ничего особенного не чувствует.
Попетляв ещё немного, выбрались на большой проспект, забирающий к северо-западу.
— Ну вот, дальше мне идти смысла нет, — сообщил Федор, и его дрогнувший голос дал понять, что королевский посланец боится до мокрых штанов. — Пойдете прямо, и примерно через километр начнётся заводская территория, где-то там оно и прячется. Удачи.
— Вот засранец трусливый, — сказал Рашид, когда они удалились достаточно, чтобы блондин их не услышал. — Наверняка ведь получил приказ довести нас до места, но вот взял и нарушил, от страха. Интересно, за что король его держит? Ведь понимает, наверно.
Андрей пожал плечами — ему было все равно.
Тот район Смоленска, по которому они шли, выглядел безжизненным и напоминал не опустевшие участки Нижнего или Москвы, а Обнинск, в результате катаклизма превратившийся в нечто странное. Дома по сторонам проспекта стояли целые, но от них веяло мертвенным холодом, и не оставалось сомнений, что там нет никого, даже монстров.
Заводские корпуса показались и в самом деле примерно через километр — огромные, уродливые, они выглядели так, словно архитектор, их создавший, пытался взять золотую медаль на конкурсе «Чудовище дизайна». Хотя, может быть, тут порезвилась катастрофа, превратила обычные здания в нечто жуткое.
— Хм, а вот тут уже занятнее, — сказал Рашид, когда они вышли к просторной автостоянке.
— И чем же? — спросил Андрей.
— Что-то живое я чувствую… оно вроде бы одновременно со всех сторон…
Порыв ветра примчался с востока, ударил в лицо, и послышался заунывный вой, словно тысячи людей, ставших мертвыми утром пятого мая, неожиданно осознали свою гибель и решили оплакать её.
Андрей замер, закрутил головой, а Рашид покачнулся, словно ноги отказались ему служить.
— Вот это да… — прошептал он.
Ветер замолк, и вновь стало тихо, так тихо, что впору воткнуть пальцы себе в уши и крутить изо всех сил, чтобы выбить засевшие там пробки. Накатил треск, какой издает лопающийся лед в марте, причем одновременно со всех сторон, и Андрею показалось, что он уловил движение далеко справа, на перекрестке.
— Теперь оно там! — «Колдун» развернулся, вскинул руку. — Но оно слишком… Невероятно!
— Что именно? — Андрей поднял автомат, двинулся к лежащей на боку «Газели» — какое-никакое, а прикрытие.
— Нечто огромное, словно из множества, оно прячется…
Треск нарастал, становился громче, но по-прежнему ничего не было видно, лишь местами над асфальтом поднимались крохотные пылевые вихри. Вздымались, а затем опадали, точно их сминало нечто исполинское, настолько тяжелое, что под ним дрожала проезжая часть проспекта.
— Оно скрыто… оно одно и не одно… — продолжал бормотать замерший на месте Рашид.