Что ей помешает сегодня затеять новую попытку?
Кроме того, если серия повторений не прервется, то сегодня должен заглянуть в гости старик с филином.
— Аве ингенс, — пробормотал Илья, и дальше понес какую-то чепуху, негромко, но целеустремленно.
Андрей попытался разобрать, о чем речь, но быстро сдался — бритоголовый разговаривал никак не на русском, да и на английские те слова, какие он произносил, походили мало.
Выглядело все так, словно Илья с кем-то разговаривал, причем собеседника он считал намного выше себя — тон у бывшего автомеханика был заискивающий, временами даже льстивый.
Затих он где-то через полчаса, и на этом странности закончились.
Никто не пришёл к ним в гости, Лиза ни разу даже не пошевелилась, не говоря о том, чтобы встать, и Андрей потихоньку задремал, когда над Минском народился бледный и чахлый рассвет. Но едва начал засыпать по-настоящему, как в дверь тихонько поскреблись — отправлявшихся на разведку чужаков пришли разбудить, как те и просили.
— Сейчас встаем, — проговорил он негромко и принялся вылезать из спальника.
Растолкал Рашида, и они вдвоем вышли в коридор, где ожидал парнишка в камуфляже и с пистолетом — обещанный вчера Пашей провожатый. Увидев «колдуна», он вытаращил серые глаза и застыл с неприлично приоткрытым ртом, но быстро оправился.
— Пойдёмте, — сказал парнишка.
На территорию, где правил «бог», решили пробраться в том месте, где их меньше всего ждут — там, где через канал проходит улица Калиновского. Выбрались на неё минут через пять ходьбы и, увидев, что творится на другом её берегу, Рашид снял бейсболку и взлохматил волосы на макушке.
Андрей изумленно хмыкнул.
Да, там тоже имелись дома, но некоторые были поставлены друг на друга, образуя уродливые, непонятно почему не рушащиеся стены и башни. Виднелись отдельные «секвойи», что поднимались до высоты десятого, а то и двенадцатого этажа, между стволами плыл серый туман.
Над водой колыхалась дымка, и пейзаж выглядел размытым, призрачным.
— Вот где-то там они и обитают, — сказал провожатый, шмыгнув носом. — Пойдете?
Похоже, он так и не смог поверить, что чужаки по собственной воле двинутся навстречу опасности.
— Пойдём, — Андрей ещё раз огляделся, прикидывая шансы. — Точнее, поползём.
До моста можно добраться, прячась за деревьями, но вот дальше лежит открытый участок, и там только по-пластунски, иначе даже в утреннем сумраке их заметит самый ленивый часовой.
— Я в армии не служил, — признался Рашид, когда они двинулись вперёд.
— Ничего, никогда не поздно, — утешил его Андрей. — Все просто — делай как я.
Через мост проползли без проблем, а вот когда оказались на другой стороне, неожиданно ощутил, что его прижала к земле невидимая, но тяжёлая ладонь. Грудь сдавило, остатки воздуха с хрипом вылетели через рот, накатило желание вскочить на ноги и рвануть обратно.
— Ничего себе, интересно… — сказал «колдун». — Попробуем так…
Андрею показалось, что кто-то смотрит на него сверху, презрительно и злобно, но ощущение это исчезло через мгновение, а вместе с ним ушла и тяжесть, он вновь смог нормально дышать.
— Ты как… справишься? — спросил он.
— Тут и вправду все под присмотром, — хриплым шепотом отозвался «колдун». — Четверых я бы уже не смог спрятать, но двоих вроде получается… Пока у меня силы не кончились, мы невидимы.
Они проползли ещё немного, оказались рядом с опорой ЛЭП.
Прямо за ней начиналась полоса «пустыни», узкая, но совершенно непреодолимая, если судить по цвету песка. Пришлось делать крюк вправо, большой и неудобный, поскольку все время по асфальту, да на пузе, обдирая руки и не рискуя даже поднять голову.
Присмотр присмотром, а обычные часовые тоже могут быть.
К моменту, когда добрались до группы обычных деревьев, что могли послужить убежищем, «колдун» совсем запыхался.
— Ну её в зад, эту армию, — сказал он, пытаясь отдышаться. — Нечего там делать. Хотя мне чего волноваться — медкомиссию не пройду.
Андрей хмыкнул — он знал военных врачей.
Передохнув, отправились дальше, к крайнему с этой стороны дому — поставленной «на попа» пятиэтажке. Миновали «секвойю», у основания ствола которой трепетала, подобно осеннему листу, непонятно чем порожденная тень.
А выглянув из-за угла, увидели человека.
Бородатый и лысый дядечка шагал неуверенно, словно был пьян, а взгляд его не отрывался от земли. Напоминал он собирающего бутылки бомжа, не хватало только потрепанной сумки в руках или рваного рюкзака за плечами.