С грохотом и лязгом он мчался по рельсам, а из окон неслись детские крики.
— Ой, мамочка, — сказала Лиза, когда стало видно, что внутри прыгают и носятся туда-сюда некие существа, и в самом деле похожие на детей, но не меньше трёх метров ростом каждое.
Заметив путешественников, они прильнули к окнам и принялись корчить рожи. «Трамвай» со свистом пронесся под мостом, вынырнул с другой стороны и через мгновение исчез из виду.
— Лучше будем считать, что нам это показалось, — необычайно тихо для себя проговорил Илья.
— И то верно, — согласился Андрей.
Минск сильно отличался от больших городов, что до сих пор встречались на их пути, по странности превосходил даже Москву, напичканную чудовищами и аномалиями. В бывшей столице России была хоть какая-то стабильность, островки рациональности, здесь же правил бал хаос.
Жить тут и оставаться в здравом уме — задача невыполнимая.
И Петр, немного свихнувшийся «рыцарь» в широкополой шляпе, только подтверждал этот вывод.
— Мы вообще куда надо идём-то, шеф? — спросил Илья, когда мост и железная дорога под ним остались позади.
— Надеюсь, — ответил Андрей. — Скоро в карту надо будет заглянуть.
Для этой цели выбрали следующий перекресток, выглядевший тихим и достаточно безопасным — дома вокруг целые, окрестности просматриваются чуть ли не на сто метров в любую сторону.
Их цель находилась — это он ощущал четко — почти прямо на западе.
Улицы расходились углами, а идти напрямую, через квартал, застроенный, судя по его окраине, хрущевками, вовсе не означало срезать путь — между домов могло ждать что угодно и кто угодно.
— Попробуем прямо, — решил Андрей. — Дальше будет кольцо, на нём направо.
То, что выбор оказался неправильным, понял уже через полсотни метров, когда стало очевидно, что все впереди, включая и здания, поросло металлической травой. Пришлось вернуться и двинуться по более узкой улице, выглядевшей так обыденно, словно тут не было никакой катастрофы, просто жители отчего-то решили, что им пора мигрировать.
Увидели одинокую «гориллу», сидевшую на крыше, точно Соловей-разбойник на дубе, а затем вышли к длинному сине-голубовато-красному дому, вытянутому подобно крепостной стене.
На газоне перед ним среди деревьев торчали исполинские яйца, которые снесла не иначе как птица Рух. Блестела скорлупа цвета свежевыпавшего снега, почва вокруг каждого выглядела так, словно её рыхлили.
— Что это за штуки такие? — спросил Илья. — В них Чужие зреют, что ли?
— Сходи да посмотри, — посоветовала Лиза.
— Не стоит, — вмешался Рашид, когда стало ясно, что бритоголовый и вправду не прочь прогуляться до ближайшего яйца. — О Аллах, эти штуки хоть и выглядят безобидно, опасны, как ядерные бомбы, и соваться к ним глупо.
— Ну вот. — На физиономии Ильи отразилось разочарование. — Телок нет, бухла нет. Развлечься нечем…
Он осекся, когда белоснежная штуковина с тихим «пафф» лопнула, разбросав в стороны десятки золотистых искорок. Вспухло облако дыма, задвигались в нём огромные размытые фигуры, а когда исчезло, то яйцо торчало на том же месте, совершенно целое, как и раньше.
— Подойди ты вплотную, тебя бы тоже превратило в дым и всосало внутрь. — «Колдун» щелкнул пальцами. — Это зародыши… вместилища для вынашивания того, чему ни в одном человеческом языке нет даже названия.
— Зародыши-хренодыши, — проворчал Илья, но видно было, что запал его угас.
Пока шли мимо дома, вместившего чуть ли не три десятка подъездов, каждое яйцо лопнуло не по разу — все они делали это иначе, одни просто разваливались на части, обнажая светящуюся сердцевину, похожую на цветок, другие исторгали столб ревущего пламени, третьи подлетали на несколько метров и там с оглушительным треском взрывались.
Ощущение было такое, что это фейерверк.
Где-то на середине дома путешественников атаковала спрыгнувшая с крыши «белка-летяга». Когда по ней начали стрелять, она сделала изящный вираж, от пуль уклонилась, но оказалась слишком близко к одному из зародышей.
Тот лопнул, тварь взвизгнула почти по-человечески, суматошно забила крыльями. Но это не помогло, тело её втянуло в облако дыма, словно облачко гари в вентиляцию, и яйцо восстановило себя, но стало выглядеть немного больше, чем ранее, а скорлупа его засверкала ярче.
— Круто, — сказал Илья. — И меня бы вот так же, да? Ну нах!
Громадное здание все же закончилось, потянулись другие, гораздо меньше. Начали вновь попадаться воронки, а также странные следы на припаркованных тут ещё со времен до катастрофы автомобилях — словно кто-то усиленно жевал их или драл неимоверно острыми и прочными когтями.