— Давай-ка туда, — после небольшого раздумья сказал Андрей.
Цель их по-прежнему находилась на юго-западе, и не беда, если они немного отклонятся от прямого направления.
— Не уверен, что это хорошая мысль, — заметил Рашид.
— Хм, надо же… а в чем дело?
«Колдун» на вопрос не ответил, только неопределенно пожал плечами.
Но едва сделали первый шаг, как в развалинах началось движение — показался один «плевун», рядом с ним другой, заструилась по цементным плитам многоногая сколопендра размером со стол.
— Оружие к бою, — проговорил Андрей.
— Они и сзади тоже, чуять я ещё могу, — голос Рашида звучал устало, почти безнадежно.
Со стороны прохода между домами приближалась кучка «горилл», причем одна из них зажимала рану в боку, а другая могла похвастаться одеянием из занавески. Ручищи тварей были заняты — кирпичами, стеклянными бутылками и прочими вещами, какие в бою на средней дистанции не менее опасны, чем пули.
Один из «плевунов» сократил щеки, и ком ядовитой слюны пролетел в стороне.
— Придержите их на расстоянии! — крикнул Андрей, развернувшись к «гориллам».
На гранату те отреагировали очень грамотно — попадали, да ещё и головы прикрыли. Через несколько мгновений дружно оказались на ногах, и в людей полетели разнообразные метательные снаряды.
— Твою мать! — рявкнул Илья, когда бутылка ударила его в плечо. — Суки рваные!
Андрей завалил одну «гориллу», прочие отступили, но вряд ли надолго — пополнят запасы метательных снарядов и вернутся. Посмотрел в сторону руин, и понял, что и там ситуация не славная — «плевуны» понемногу подбирались ближе, «ползуну» и вовсе осталось метров десять.
Чтобы покончить с ним, хватило одного меткого выстрела, но проблемы это не решило — из развалин явилось ещё множество тварей, и Лиза едва увернулась от плевка в лицо.
— Отходим потихоньку, — сказал Андрей, перезаряжая оружие.
Нет смысла биться головой в запертые ворота — если здесь все так плотно закрыто, можно свернуть с проспекта на перекресток или два раньше и дать крюку, хотя делать этого не хочется.
— Куда? — воскликнула Лиза, и в голосе её прозвучала паника.
— К баррикаде, из-за неё отстреливаться удобно.
Сунувшихся было снова в атаку «горилл» остановили несколькими очередями. Рашид ухитрился попасть в одного из «плевунов», и тот, хрипя, рухнул с развороченной грудью.
— Отлично, кореш! — обрадовался Илья.
Едва вступили обратно на проспект, как асфальт под ногами затрясся вновь, но куда сильнее, чем полчаса назад. Дома за обочинами запрыгали, в одном выпало и, медленно кувыркаясь, полетело вниз окно, шмякнулось оземь — звон бьющегося стекла утонул в общем гуле.
Там, где стояли путешественники, дорожное покрытие начало трескаться, а в той стороне, где находилась баррикада, и вовсе оседать, проваливаться большими кусками.
— Эй, мы так не договаривались! — закричал Илья. — Шеф, что делать будем?!
Андрей огляделся — твари, несмотря на разразившийся катаклизм, прятаться не спешили, так же маячили в отдалении, закрывая выход на площадь, в другую сторону двинулся бы только безумец, причем самый настоящий, с разноцветными пузырьками и розовыми слониками в голове.
Оставалось только стоять на месте и ждать.
Дрожь медленно стихла, подземный гул удалился куда-то к югу, и наступила тишина.
— Дальше, — сказал Андрей, хотя понимал, что далеко уйти у них не получится: баррикада исчезла, будто её слизал языком огромный хамелеон, а на её месте возник ров шириной метров десять.
Когда подошли ближе, стало видно, что и глубина примерно такая же, а стенки почти отвесные.
— Вот это ничего себе попадалово, — протянул Илья, оглядываясь. — Оп-па!
Вслед за этим его возгласом прозвучал громогласный треск, и, обернувшись, Андрей увидел, что длинный дом, тот, что с правой стороны, начал разваливаться. Трещины побежали по стенам, те выгнулись, словно на них легла дополнительная тяжесть, поднялось облако пыли.
Когда та рассеялась, на месте четырехэтажного здания были руины, причем не особенно проходимые. Твари, наступавшие со стороны площади, никуда не делись, они все так же двигались к людям — «плевуны» по одной стороне проспекта, «гориллы» по другой.
— Похоже, мы в ловушке, — сказал Андрей. — Предложения есть?
— А то! Выпить! — Илья ухмылялся, как обычно, но за бравадой ощущалась растерянность. — Хоть помрем не в тоске и унынии, а как конкретные, серьезные пацаны в том фильме… ну, про ковбоев.