— Нож у тебя есть? — спросила Алиса.
— Нет уже, сломал.
— Радуйся, Калич, теперь у тебя будет лучший нож во всем мире. Надо секиру подобрать. Давай, иди.
Вблизи жнец выглядел тоже не очень. Ободрано.
Меня затошнило. Давно не ел, к тому же я прекрасно помнил, что случилось с Гомером. Не люблю поганых жнецов.
— Ладно, вали отсюда, — Алиса схватила меня за шиворот, отшвырнула от жнеца. — Я сама.
Она сняла с пояса длинный, чуть загнутый нож и принялась ковыряться в обломках-останках, разбрасывая куски и железки по сторонам, рассуждая о моем, в основном безрадостном, будущем. Что тут все не так, в сто сорок раз опаснее, некогда карасей разжевывать, в оба надо смотреть — иначе раз — и ку-ку, даже кляксы не останется. Что даже опытные люди то и дело гибнут, потому что все постоянно меняется, сегодня проход свободен, а завтра в нём тридцать три затяга. Что нечего мне было, бестолковому, сюда и соваться, а если уж сунулся, то имей мозги слушаться опытных товарищей… Ну, и так далее.
Иногда, между этими причитаниями Алиса поглядывала на меня. Сначала я думал, что просто так, потом уловил интерес. Что-то нужно. Недаром она вернулась.
И я решил сделать первый шаг. Пусть думает, что я чувствую себя обязанным.
— Может, ты меня тогда и проводишь? — спросил я.
— Ага, — фыркнула Алиса, — сейчас! Распровожалась вся! Делать мне больше нечего, всяких там Каличей провожать…
Я вздохнул. Алиса быстренько моргнула в мою сторону.
— У меня есть порох, — растерянно сказал я.
— Жуй свой порох, никому он здесь не нужен…
Я шмыгнул носом, поглядел на Папу.
— Вшига твоя тоже не нужна, — предупредила Алиса. — Со- всем-совсем.
Сделала вид, что задумалась.
Сделал вид, что расстроен.
— Ну, ладно, — брезгливо поморщилась Алиса. — Так и быть, я тебе помогу. Древние говорили, что если угораздило тебя спасти чью-нибудь никчемную жизнь, то и дальше тебе придется с ним возиться. Ладно. Только куда тебе? В какое-то определенное место, или просто заглянул, погулять?
— Да я не знаю куда…
— Зачем пришёл-то?
— За невестами.
Алиса замерла с открытым ртом.
А потом принялась смеяться.
Глава 8
— Так каких тебе, говоришь, невест требуется?
Мне бы хоть каких, хотел сказать я. Можно даже не совсем первого сорта. Можно одну — с чего это я вдруг об остальных заботиться должен? Они струсили и не пошли с нами, а Ной вообще, предал меня почти. Себе невесту найду — и в леса. Будем жить-поживать, заслужил. Пусть не очень красивую, все равно.
Я осторожно взглянул на Алису. Ничего. Даже очень. И стреляет здорово. Хотя у такой, наверное, уже жених есть, не один даже, а она выбирает.
— Какие? — повторила Алиса.
— Хорошие. Умные. Чтобы без оспы, зубы нормальные, не чесались чтобы. Стреляли бы метко…
— Ну, тогда я подойду, — подмигнула Алиса.
— Не, ты не подойдешь.
— Почему это? — Алиса вперёд забежала. — Почему это я не подойду?
— Болтаешь много.
Алиса хмыкнула.
— Ну да, много.
— А тебе что, глухонемая нужна? Сразу скажу — у нас таких нет. Ирина, к примеру, тоже болтает. Но зато пироги печь умеет. Ты пироги хоть раз в жизни пробовал? Нет, можешь и не отвечать. Так что тебе с болтовней придется смириться. К тому же ты тоже не без недостатков.
— Это каких? — спросил я с улыбкой.
— Да у тебя их не сосчитать! Вот смотри, — Алиса принялась загибать пальцы. — Ты тупой — иначе в падь не попался бы. Ты очень тупой — иначе ты из пади бы выбрался. Ты воняешь — с тобой даже стоять близко тяжело. Ты уродливый, смотреть неприятно. И вообще — ты рыбец, этим все сказано. Она девушка, которая пироги умеет печь, а ты рыбец! Видишь!
Алиса показала сжатый кулак.
— И не поглядывай, — Алиса сплюнула. — Не про тебя, вонючего.
Я промолчал.
— И молчать так не надо! — тут же разозлилась Алиса. — Тоже мне, молчун нашелся. Давай, шагай.
Я шагал. Алиса рассуждала.
— Я вообще очень сильно сомневаюсь, что все это получится. Мне кажется, мы зря идём. Хотя мне все равно по пути, провожу тебя, так и быть. А ты зря рассчитываешь, что у тебя получится невесту на порох поменять. Не, порох у нас не в цене…
— А что в цене?
Алиса пожала плечами.
— Не знаю. Это Москва, тут все есть. Так что придется тебе как-то отработать.