- Значит, я не единственный?
– Конечно, нет, - Кот Учёный нервно поддёрнул хвостом, выражая своё недовольство несообразительностью ученика только что им похваленного. – У мистера Фога в запасе ещё много визиток… - он усмехнулся в усы и перевёл разговор в прежнее русло: - Так вот… Я желаю тебе использовать дарованный шанс с толком.
Последнее слово Костя едва расслышал. В глазах потемнело; его понесло, закружило…. «О каком это шансе он толкует?» – вопрос прозвучал в голове будто издали, словно кто-то другой, не он, но знакомый до жути, спрашивал себя изнутри.
Голова болела всё больше, тело сделалось сонным и вялым. Погружаясь во тьму, Костя скорее почувствовал, чем услышал, как кто-то шепнул ему в ухо:
– Живи.
Под натиском Слова, пространство и время разбились. Прошлая жизнь растворялась во сне. Осколки былого погасли. На месте ушедшего мира всходило новое солнце. Окутанный светом Любви, некто, с именем Константин, парил в бесконечности Сущего и был нескончаемо счастлив. Он знал, что блаженство не вечно, что должен вернуться обратно. Жаждущий приключений странник, проходящий путь налегке с единственной целью увидеть, познать и, в конечном итоге, полюбить этот мир, он возвращался в реальность, и боль, извечная спутница жизни, пробудила его.
Костя очнулся. Кто-то нежно гладил его по лбу. Ощущение было приятным; Гугл почувствовал, как боль из затылка медленно утекает в подушку. «Кайф…» Он улыбнулся.
– Слава Богу, ты очнулся, – до боли знакомый голос коснулся его ушей. – А мы уже думали....
О чём «они» думали он не дослушал; кое-как разлепив тяжёлые веки Костя увидел призрак супруги, и рука его дёрнулась - чур меня. Возле него беспокоилась Светка; бледная, с заплаканными глазами, без туши и обычной яркой помады, она предстояла пред ним, невероятно красивая и чертовски соблазнительная.
«Почему она здесь? И где это я?»
Он попытался привстать. Женщина ойкнула и испуганно обняла его за голые плечи, умерив опасную в его положении прыть.
- Лежи спокойно, – сказала она. – Я врача позову.
– Какого врача? Зачем?
Удивление Кости росло со скоростью снежного кома. Он же не болен.
– Где я и…?
Он хотел спросить: «Кто ты?» – но запнулся, ведь если это его настоящее, то спрашивать ту, с кем он прожил многие годы, было бы хамством. К счастью, Светка ничего не заметила.
– Ты в Склифе. Восемь дней назад тебя привезли сюда с черепно-мозговой травмой. Тебя сбил какой-то толстый мужик на самокате. Представляешь, он даже не извинился. Скотина. Просто уехал, а ты… а тебя сюда привезли. Ты что..., – голос её дрожал, – совсем ничего не помнишь?
– Нет.
Костя не на шутку встревожился. Что с ним? Снова Игра? Не может быть. Он мгновенье назад поставил финальную точку. Тогда что, чёрт возьми, происходит?
Смущало даже не то, что он оказался в Склифе, а присутствие бывшей жены. Может быть сон? Он ущипнул себя за руку - больно. И на розыгрыш не похоже…. Не, ну конечно он был не против присутствия рядом красивой, заботливой женщины. Одетая в белый свитер и светлые джинсы, с распущенными волосами мягкой бледной волной, обнимавшими хрупкие плечи, манящая, светлая, она как ангел с небес освещала пространство больничной палаты.
– Ну..., тебя-то я помню, – добавил он чуть погодя. – Ты ведь....
– Твоя жена, – радостно кивнула Светка и быстрым движением хорошеньких пальчиков смахнула с щёк слёзы.
– Точно, – Костя был огорошен настолько, что не стал выяснять какого рода Светка ему жена: бывшая или теперешняя.
– Если для тебя это важно, то сейчас пятое октября две тысячи двадцать шестого года, понедельник. Тебя сбили в позапрошлое воскресенье. Мы гуляли в Лукоморье...
– Где-где?
– В Лукоморье. Ну, парк, который недавно открыли возле «Капусты».[3] Это ты помнишь?
– Ну..., да-а-а... – Костя тянул слова. Он как удав давился новой реальностью; требовалось время, чтобы проглотить и главное усвоить входившую в него информацию. – У нас там...?
– Наша с тобой квартира....
– Круто, – вымолвил он, удивлённо глядя на Светку.
Понимая, что он своим жалким «круто» никак не утешил супругу, Костя улыбнулся и резво добавил:
– Да в порядке я. Просто, память слегка отшибло.
Боль в затылке утихла. Видно, он и в правду ударился головой, так как (Костя коснулся макушки) несчастный его котелок был обмотан бинтами, а указательный палец левой руки был всунут в пульсоксиметр. Последнее, что он помнил (не из Игры), это как выбежал из дома и ещё что-то серое с чем он по дороге столкнулся. «Ну конечно! Я упал, ударился головой об асфальт и вуаля! – Гугл поморщился. – Не то, – сказал он себе. – Я был в Игре. Я отчётливо помню, что закончил последний, девятый уровень. И сразу сюда. Чушь какая-то.... Может я умер? Тогда, а что здесь делает Светка…? Они жили долго и счастливо и умерли в один день, - Костя невесело усмехнулся. – Как же, ага…, уже разбежалась…. А может…» - страшная мысль жаром огрела лицо; руки его вспотели и сердце забилось где-то у горла. - Прежний я умер. Новый я - в параллельной реальности, в теле другого Кости, который здесь…, - кровь отлила от лица Константина и сам он весь покрылся холодной испариной, – умер, как умер я там».