– Здрасьте, – сказала я.
У нее дернулся глаз, но она улыбнулась и сказала:
– Ты ко мне?
– Нет.
– Хорошо, – сказала она, тщетно пытаясь скрыть радость, и закрыла дверь.
– И что? – спросила я Томаса.
– Пойдем, – кивнул он в сторону моей двери.
– Я в булочную, – сказала я.
– Ага. Расскажу по пути.
И Томас рассказал, почему я напугала миссис Трюфельс.
И дело было не во мне. А в Селии с Мосиком.
Три дня назад миссис Трюфельс видела, как Селия с Мосиком на руках зашла ко мне в квартиру в мое отсутствие и беспечно не захлопнула дверь. Любопытная Трюфельс подкралась и увидела, как Мосик попил из кастрюли и вырос прямо на глазах.
Незваные посетители ушли, оставив бесценную бутыль в прихожей.
А Трюфельс, в отчаянном порыве преодолев страх, пошла в крестовый поход против нечисти. Схватила бутыль и вылила все в горшок на площадке, как она всегда поступала с виски мужа-выпивохи.
(Заставила же она нас побегать, эта Трюфельс. Могла бы и не лазить по чужим прихожим. И не тырить чужие бутылки!)
И с того дня она считала, что я вожусь с бесовскими отродьями. (Ну, она почти угадала.) Томас обелил меня как мог. Сказал, что меня не было дома. (И это, между прочим, было правдой – я гуляла в парке с Петером.) Сказал, что я растяпа и забыла закрыть дверь. Потом он попытался намекнуть ей, что в бутыли, скорее всего, была какая-то химия, украденная у военных.
– И она поверила? – воскликнула я.
– Ну, я сказал, что, кажется, читал о чем-то подобном.
– Почему она так тебе доверяет? – сказала я.
Томас улыбнулся:
– Наверное, потому, что я как-то раз ровно повесил плафон в ее кухне.
– Да?
Хм. Мне, кажется, тоже пора бы прикупить новые светильники… И вообще, можно менять их почаще. Для разнообразия в интерьере.
Я сидела на диванчике, который купила у миссис Новак, и ела мороженое. В телевизоре мелькал мой любимый актер в моем любимом сериале. Все как обычно.
Но только в телевизор я совсем не глядела. А думала. Думать мне было о чем. Например, о том, как такую неприступную крепость, как Главный Офис Корпорации Би-Би-Си, со столькими необычными сотрудниками, могли обокрасть! Да-да, вы не ослышались! Нагло ограбить, забрав мои денежки! Ну, то есть забрали там всякие бумаги, документы, какие-то карты… Но и мою сумку, набитую пачками долларов, прихватили!
Я, конечно, после предсказания мойр должна была быть морально к этому готова. Но оказалась не готова – видимо, подсознательно надеялась, что это было чем-то вроде шутки (Ох уж эти психологические передачи. Все спихивают на подсознание. А может, его и нет вовсе?).
Все сотрудники, в том числе Томас, уже неделю рыскали по стране и рыли носом землю, чтобы все это найти – документы, разумеется, а не мою сумку, – а у тех, кто видел, стереть напрочь всякие воспоминания о Корпорации – ну, это я так думаю. Не оставят же они их удивляться и болтать о том, что на Земле давно обосновались инопланетяне из голубого желе, на Манхеттене – и не только там – живут себе поживают вампиры, а некоторые вроде бы люди могут в мгновенье ока обрасти шерстью и отрастить хвост!
Я вздохнула в сотый раз. Ну что же, ладно. Вся эта богатая жизнь с домом и новой шикарной одеждой была всего лишь волшебной сказкой, такого не бывает, по крайней мере со мной.
Заработка у меня почти не осталось. Селия с семьей поехала в Европу налаживать отношения с родственниками, которые были обижены за разгром их поместья, богатые оборотни Бьерны нашли себе другую няню – и только потому, что меня не было дома во вторник: я искала Петера, а миссис Бьерн хотела пойти к косметологу. Только Грыыхоруу будет все так же приводить близняшек по четвергам и воскресеньям, когда его жена водит экскурсии… Может, Корпорация подкинет новых клиентов?..
А потом в дверь позвонили – и это был Томас. Он, оказывается, приехал час назад. И, похоже, весь этот час провел наводя марафет. Выглядел он слегка похудевшим, но счастливым, на нем был костюм с иголочки и даже галстук. Аккуратная прическа, уголок платка в кармане и улыбка на миллион. Я почувствовала себя рядом с ним растрепанной и неуклюжей. И это, знаете, не очень приятное чувство – поэтому я спросила хмуро:
– На выставку агентов собрался?
– Что? – растерялся он.
– Ну, ты прям блестишь, как начищенная кастрюля.
– Спасибо, – сказал он и слегка смутился. – Можно войти?
– Конечно, – я скрестила руки на груди и кивнула в сторону зала.
– О, мороженое, – покосился он на чашку, присаживаясь на диван.
– Ага, – буркнула я.
Ну вот, он подумает, что я обжора. Хотя кто из нас не обжора хотя бы иногда?