За час до этого
Я, Викториана Войр, стояла на арене Академии, окружённая галдящими учениками. Моя соперница, Эрцина Фортештайн, была сильной противницей, но сегодня был мой день. Я чувствовала уверенность в своих силах и знала, что смогу победить.
Мы начали поединок, и наши мечи столкнулись с громким лязгом, рассыпая сноп искр вокруг. Эрцина была быстрой и ловкой, но я была быстрее. Мои удары были точными, сильными и неуловимыми, из-за чего вскоре она начала терять равновесие.
Когда Эрцина упала на землю, я почувствовала радость победы. Победы, которая пьянила. Хотя, нет, я же должна ее убить, или она должна мне сдаться. Есть, я выиграла!
Но от чего-то она не стала принимать поражение даже в тот момент, когда я слегка надрезала ей мечом шею так, чтобы не задеть жизненно важным сосудов. Она как будто ждала чего-то. Однако в этот момент произошло нечто странное. Внезапно я почувствовала, как что-то невидимое схватило меня за плечи.
Мои глаза расширились от удивления и страха. Я попыталась вырваться, но хватка была слишком крепкой. В этот момент я поняла, что проиграла.
Мой муж, стоявший рядом со зрителями, смотрел на меня с улыбкой. В его глазах я видела надежду на то, что я проиграю. Либо сдамся, либо умру. Тварь!
Я начала с силой вырываться и заглядывать себе за спину, но все бестолку. И, с каждой секундой меня сжимали все сильнее, да так, что в какой-то момент у меня затрещали ребра.
Вдруг произошло нечто неожиданное – из толпы студентов, что галдели и подначивали Эрцину убить меня, выскочила Рейвен, нарушив тем самым правила поединка. Одним молниеносным движением, едва уловимым человеческим глазом, она подлетела к Фортештайн и выбила из ее руки какой-то кристалл. В ту же секунду меня отпустили, из-за чего я упала на колени, хрипя и пытаясь унять ноющую боль.
В ту же секунду на арену выскочил и сам виновник торжества – Эдвард Войр, который, бросив злобный взгляд на Рейвен, материализовал в руке меч из драголита. С-с-собака, за что мне это, Господи?!
Теперь мы бились уже вчетвером – Эрциной занялась Рейвен, а мною – мой собственный муж. Который активно пользовался магией, пытаясь заставить выйти меня за край арены, чтобы я уж точно проиграла. Тварь!
И это случилось – расступившиеся студенты, резкий выпад «мужа» и я уже лежу на спине за границей площадки. А на руке расцветает вязь подчинения, но она какая-то странная, не синяя, а черная. Еще и цветочки… Это не Эрцины, это Войра! Твою ж налево!
А потом слышится отборная ругань Рейвен, которая, обездвижив шипящую Эрцину ногой, смотрит на свою руку. Ну извини, я не просила мне помогать! Хотя, спасибо огромное, что не дала умереть.
- Рейвен Калстури, вы должны знать были, что проигрыш распространяется на всех участников, так же, как и выигрыш, - милую улыбку моего мужа надо было видеть.
- Вы видели, что у нее в подчинении была душа и ничего не предприняли, а я – некромант, я просто обязана освободить душу, которая в неволе, - сжала она с силой зубы. Но злилась она явно не на меня, что поражало.
- Я ничего не видел, - пожал он плечами, а потом бросил быстрый взгляд на свою любовницу. Сукин сын! Я в это время, на свою пустую голову, поднялась на ноги, - а теперь, проигравшие, - произнёс он с усмешкой, - становитесь на четыре ноги и ползите за мной, как щенки!
Нет, я этого не сделаю, я… Да не важно кто я, главное, что у меня есть гордость! Мать твою, гордость!
А потом я резко упала обратно на землю, корчась от нестерпимой боли. Все мое тело выгибало, ломало, требуя подчиниться! И каждая секунда промедления стоила мне огромного количества усилий на то, чтобы не согласиться. Где-то рядом и в тоже время очень далеко кричала Рейвен, которую корчило не меньше моего. А потом снова случилось тоже, что и тогда в коридоре.
Бах, - и все стекла вылетели от моего крика. Бам, - и я уже стою на ногах, как я поднялась в прыжке лучше не спрашивать и не видеть. Хищно склонив голову на бок, я обвела присутствующих взглядом. И каждый шарахнулся от меня, как от прокаженной. Ну конечно, я ведь – Хаос!
Где-то со стороны площадки послышались визги, и я резко повернула голову туда, настолько резко и сильно, что шея хрустнула. А потом удивленно подняла брови.
От боли Рейвен приняла свою вторую ипостась и стала вервольфом. «Красиво…» - подумала я, а потом, подпрыгнув где-то на два метра, я резво ударила ногой Войра по голове, от чего тот упал. Где-то в толпе послышался сдавленный писк. А вот у моей «подружки» дела обстояли лучше – три разорванных студента, которые валялись в лужах собственной крови. Надо догонять!