Затем наконец-то возродился Флинт.
– Так, синий. Действуем тихо и осторожно, понял? Никаких разговоров, никаких полетов. Сидишь на плече, указываешь направление. Ясно?
– Трри палки.
– Отлично. Идем.
Добравшись до лестницы, я вспомнил, что у меня есть весьма подходящее к случаю умение – «невидимость». На его апгрейд постоянно не хватало времени и очков развития, продолжительность инвиза все еще равнялась четырем секундам, но в данной ситуации это было гораздо лучше, чем ничего.
За четыре секунды я мог куда-то убежать. Или юзануть очередной тотем.
– Да уж, перспектива…
Увы, но серьезный план на битву никак не выстраивался – все мои задумки сводились к тому, чтобы нанести внезапный удар, а потом как можно быстрее удрать, воздвигая перед жаждущим отмщения врагом самые разные препятствия. Это вполне могло принести победу, но…
Флинт чувствительно клюнул меня в щеку и я тут же остановился, настороженно глядя в темный коридор.
Там было пусто.
Следующие несколько секунд мы чего-то ждали, прижавшись к прохладной сыроватой стене. Затем попугай подпрыгнул, взмахнул крыльями и начал мотать головой из стороны в сторону. Решив, что таким образом он советует мне идти дальше, я сделал пару шагов сквозь неприветливый сумрак, но услышал странную возню и снова притормозил.
Впереди творилось некое действо, очень сильно напоминавшее собой обычную перестановку мебели. Кто-то едва слышно пыхтел, шуршал, позвякивал…
За спиной остались еще пять метров коридора. Шум приблизился.
Чувствуя, что пришло время для финальной схватки, я взял паузу, вытащил из рюкзака пачку свитков вместе с двумя тотемными палочками, рассортировал все это богатство, после чего медленно сдвинулся к нужному дверному проему и заглянул внутрь.
Магистр Софо действительно возился с мебелью – некромант явно решил позаботиться о собственном комфорте и теперь отодвигал массивное деревянное кресло от разожженного камина, желая найти оптимальную дистанцию.
Враг стоял к нам спиной, казался расслабленным и вальяжным…
– Ты думал, мы не узнаем о смерти слуг? – неожиданно послышался тихий голос чернокнижника. – Мы слышим твое сердце, человек. Ты умрешь.
Я вздрогнул, отложил ведро кирпичей и отскочил назад.
– Куда же ты? Мы идем.
– Да пошли вы в задницу, – пробормотал я, втыкая тотем в щель между кирпичами и разворачивая защитный купол. – Обломаетесь.
– Трревогга, – сорвался Флинт. – Стррах!
У меня под ногами вспыхнуло тусклое зеленоватое пламя – излюбленный и очень действенный аргумент монстров в споре с игроками. В ответ я активировал стопку благословений, увеличив своему герою резист к магии смерти, а также хитпойнты и «дух».
Пространство едва заметно вздрогнуло. Таймер, отсчитывавший время жизни тотема, резко сократился.
– Эти игрушки не спасут тебя, человек, – сообщил запертый в комнате магистр. – Мы идем.
– Хлебало завали, – крикнул я, благоразумно не показываясь врагу на глаза. – Рак!
– Мы раздавим твое сердце!
На какое-то время установилось шаткое равновесие – противник не мог выйти в коридор, а мне было страшно подставляться под его удар. В принципе, как раз для таких случаев я и брал «невидимость», но…
– Ощути зов смерти!
Таймер испуганно затрепетал. На краю поля зрения вспыхнули три иконки появившихся дебафов.
– Да чтоб тебя…
Решившись, я включил «невидимость», сделал быстрый шаг и оказался лицом к лицу с оппонентом. Не обращая внимания на его задумчивую физиономию, одним движением разорвал свитки проклятий, швырнул вперед «искру», после чего метнулся в сторону далекой, но спасительной лестницы.
– Червь! Умри!
Полоска хитпойнтов вздрогнула и начала сокращаться. Флинт снова заорал.
– Фиг тебе, гад…
Новая палочка встала на перекрестке двух коридоров. Этот тотем был отвлекающим – судя по моему опыту, он мог сработать не хуже защитного, однако стоил в два раза дешевле.
Третий и последний я воткнул в перила лестницы.
– Вот ты где, – донесся до меня удовлетворенный голос магистра. – Мы уничтожим тебя.
Индикатор второго тотема погас. Ощутив запах жареного, я вихрем слетел на первый этаж, забежал в первую попавшуюся комнату, потом выскочил из нее, ломанулся к главному залу…
– Жалкое ничтожество, – неожиданно взревел оставшийся за спиной чернокнижник. – Твои уловки не спасут тебя! Умри! Умри!