Глава 8
Улетать на рандомное кладбище рандомной провинции я не собирался, поэтому выбрал в качестве точки воскрешения свой камень, дождался окончания непривычно длинного таймера и перенесся к замку барона Корнера.
Несмотря на включенный телепорт, в окрестностях древней крепости все еще царило запустение – игроки продолжали высокомерно игнорировать четвертую зону, а неписи явно были заняты другими делами и не желали таскаться по захваченным чернокнижниками предгорьям. Остатки костяного воинства тоже никто не добил – возле речки по-прежнему бродили три вооруженных мечами скелета.
– Значит, фарм.
Тактика взаимодействия с монстрами данного типа больше не вызывала у меня никаких вопросов, так что первая победа стала очень легкой – хватило вытащенных из хранилища колец и небольшой пробежки. Затем наступило привычное, но все равно томительное ожидание – откат «искры», как и раньше, являлся главным определяющим фактором моего игрового процесса.
– Говард, иди-ка сюда, рыбачить будем.
По большому счету, сейчас мне требовалось всего-навсего забрать с аукциона деньги, а потом как следует вложиться в развитие персонажа. Однако до этого прекрасного момента оставалось еще не меньше двух часов, которые желательно было провести с пользой – например, чуть-чуть апнув навык рыбалки.
К сожалению, питомцу моя инициатива пришлась совсем не по вкусу – ощутив прикосновение ледяной воды, мягкотелый кальмар отчаянно булькнул, после чего с жалобным пыхтением полез на берег.
– Хватит страдать. Забирайся назад и поймай мне какую-нибудь наживку. Давай, блин, шустро.
Говард испустил душераздирающий стон, однако послушался и нехотя сполз обратно в реку.
– Хватит таращиться. Наживку ищи.
Увы, но никакой наживки я не дождался – через несколько минут посиневший пет вернулся, с трудом переместил свое упитанное тело на камни, а затем растянулся там, дрожа крупной дрожью и косясь в мою сторону виноватыми глазами.
Мне почему-то стало стыдно.
– Ладно, ладно, уговорил, отдыхай…
Полчаса спустя я сделал короткую вылазку к стенам замка, где убил второго скелета, взяв благодаря этому подвигу очередной уровень. Тут же возник соблазн плюнуть на осторожность, сорваться в лихую атаку и заковырять последнего из костяков молниями, но здравый смысл все-таки победил.
Пришлось вернуться к реке.
– Чертов геймплей. И ведь сам до такого дошел, никто не заставлял. А ты чего разлегся?
Угодивший под горячую руку моллюск снова отправился в холодные речные воды, но буквально сразу же вынырнул на поверхность, держа в щупальцах какого-то странного зеленого червяка.
[Горный мотыль. Ранг: реликтовый. Уровень: 12.]
– Вот, так бы с самого начала. Молодец.
Червяк был насажен на крючок и брошен в родную стихию, Говард вернулся на камни, а я в который уже раз за последние несколько дней задумался о будущем своего героя.
Хотя у Фантома по-прежнему имелось несколько путей развития, мне очень хотелось свернуть с привычной дороги, прервать унылый фармомарафон и сосредоточиться на сборе коллекций. При идеальном стечении обстоятельств это довольно простое по своей сути действие должно было принести сразу несколько ценных навыков или умений, которые могли серьезно облегчить мое дальнейшее существование. Но увы, здесь, как и везде, хватало подводных камней – если верить длинным гайдам форумных экспертов, настолько бескомпромиссный подход являлся неоправданной глупостью, а карты следовало копить и комбинировать по строго просчитанным схемам.
Тем не менее, персонажу требовался очередной буст. Прямо сейчас.
– Блин, опять сожрали… не рыбы, а звери. Говард, найди-ка свежего червяка.
Рыбалка откровенно не заладилась – потенциальные трофеи плевать хотели на мои навыки добытчика и упорно отказывались идти на крючок, зато приманку ели с удовольствием, вынуждая несчастного кальмара снова и снова лезть в воду. Закончилось все это вполне ожидаемым финалом – когда был съеден шестой мотыль, я утратил остатки терпения, спрятал удочку в рюкзак, после чего отправился убивать гулявшего рядом с крепостью скелета.
Спустя еще четверть часа наконец-то закончились торги по выложенным на аукцион предметам. Вопреки сделанным мною прогнозам, рынок оценил мантию чернокнижника всего-навсего в две мифриловые монеты – платить больше, чем заплатили мне мои бывшие соратники, никто не захотел. Свиток проклятия оказался чуть более востребованным – за него отдали целых три «мифрилки». Шестую принесло снятое с магистра колечко. А весь остальной хлам добавил в кошелек еще двести пятьдесят золотых.